– Что-нибудь ещё? Этого не достаточно? – он кивнул головой на блюдечко с деньгами.
– Нет, нет, всё нормально. Благодарю вас. Может быть, – осторожно начал он – желаете хорошо провести время? Девочки у нас прелесть и не очень дорого по сравнению со столицей. Можно просто массаж, можно до утра, на любой вкус. Естественно, безопасность и конфиденциальность гарантируется.
Бобров немного помолчал, официант это понял по- своему и торопливо добавил:
– Простите, я просто хотел вам услужить.
– Нет. Вынужден разочаровать вас. Благодарю. Не забудьте захлопнуть дверь. И ещё, я бы попросил вас посуду сегодня не убирать, не приходите больше сегодня. Уберёте завтра утром.
Бобров не пошёл за ним следом, а быстро одну за другой опрокинул в себя две рюмки водки и закусил солёным огурцом. Приятно захрустело во рту. Сразу почувствовал себя пьяным, сказывалось выпитое у Северцева дома.
Вдруг ему стало жарко. Он подошёл к двери балкона и резко открыл её. В комнату ворвался поток свежего морозного воздуха. Бобров распахнул ворот рубашки, вышел на заснеженный балкон и даже не заметил, что он в тапочках. Бесконечно глубокая и беззвучная темнота простиралась вокруг, снег почти перестал падать, а похожие на маленькие алмазы многочисленные звёзды на чёрном небе предвещали морозную и солнечную погоду.
Почти час Сева Бобров торчал у закрытой двери начальника отдела кадров, министерства внешней торговли. Только вчера у него закончилась практика. Теперь он должен был получить две недели отпуска. Мария уже уехала в Покровку и ждала его там, ждала его и мать, друзья. В Покровке шли приготовления к свадьбе.
– Вы ко мне? – сначала Севе показалось, что он слышит голос во сне. Но он быстро пришёл в себя и увидел стоящего рядом с ним немолодого мужчину.
– Здравствуйте. Я сюда, – Сева ткнул пальцем в закрытую дверь, – мне к начальнику отдела кадров.
– Значит, ко мне, – весело ответил мужчина, – проходи. Практикант? – догадался он.
Мужчина взял его бумаги, на ходу перелистал их и показал Севе Боброву на стул напротив. Пару минут внимательно рассматривал документы.
– Так, Бобров Всеволод Константинович, так, так, что ж, Бобров, твоя практика окончена. Кроме слов благодарности здесь ничего нет, молодец! Я позабочусь, чтобы это отметили в представлении. И какие у тебя дальнейшие планы? Поработать не хочешь?
– Я хотел бы съездить домой, мне же положен отпуск? – осторожно спросил Сева.
– Конечно, отпуск положен. А живёшь ты где, Всеволод Константинович?
– Ярославская область, город Покровка,…видите ли, у меня свадьба.
– Свадьба?! Женишься!? Поздравляю! Это правильно, Бобров, без хорошей и крепкой семьи в этом мире ничего нельзя добиться, особенно в нашей системе. И чем раньше ты создашь свою семью, тем раньше ты чего-нибудь добьёшься. Хорошо, Бобров, тогда пиши заявление и укажи, что по личным обстоятельствам, я тебе ещё недельку добавлю. Оформим тебе послеучебный отпуск, поможем материально, а после отпуска отправим тебя в отдел стран экономической взаимопомощи – СЭВ, значит. Повозишься пока на базе в Строгино, а потом, если всё будет нормально…
Раздался телефонный звонок, кадровик жестом попросил подождать и поднял трубку. Он долго слушал, краснел, нервничал, крутил головой по сторонам, потом заговорил и сам, резко и чётко:
– Я тебя послушал, а теперь и ты послушай меня и не перебивай. Это не в моих силах, понимаешь ты это, не в моих. Раньше надо было думать об этом. Список группы сопровождения и экспедиторов в том числе, оформляется как минимум за две недели, тем более в капстрану. Ты что, не знаешь, что личные дела проходят проверку? Знаешь? Вот и молодец! Вот бери и поезжай сам, если людей не подобрал. Всё!
Он положил трубку на место и продолжил, как ни в чем, ни бывало, весело балагурить:
– Значит так, Всеволод Константинович Бобров, на чём мы с тобой остановились? Так, так, работать после отпуска будешь на базе, в Строгино, у Ушакова. Поднатаскаешься на московских базах, складах, представительствах, а потом посмотрим. Биография у тебя хорошая, если за год-два ничего не случится, неприятного…тогда отправим в Польшу или Чехословакию. Понятно, Бобров?
– Да, понятно, – ответил Сева.
– Зарплата, согласно штатному расписанию, – весело продолжал кадровик. – После обеда придёшь в бухгалтерию, твоё заявление я отправлю в плановый отдел, получишь отпускные и ещё тебе положен месячный оклад, как молодому специалисту. И можешь ехать на свою свадьбу. Только смотри, Бобров, не задерживайся. Работы много. А теперь, ноги в руки и можешь идти.
Только Сева встал и собрался поблагодарить кадровика, как дверь широко и без стука распахнулась, и в кабинет вошёл Александр Иванович Прокофьев – отец Натальи Прокофьевой. Бобров знал, что он работает здесь, в министерстве внешнеэкономических отношений и занимает ответственный пост председателя экспертной комиссии. Не обращая внимания на Севу и словно не замечая его, Прокофьев обратился к кадровику. Тот уже стоял почти в постройке «смирно», весь обратившись в слух.
