– Видишь, Бобров, что творится. Взорвали бы меня, и всё, нет никаких проблем. Почему же так, Бобров? А? Всё у тебя, и богат ты, чёрт побери, и красив, и умён, и живёшь не в этой дыре, а во Франции. Даже вот сейчас, приехал, взял и спас полковника российской полиции. Всё тебе! Сплошные подвиги!
– Это, что у тебя, – перебил его недовольно Бобров, – вместо благодарности?
– Ах да, я совсем забыл, – Северцев отошёл на шаг и артистично изобразил глубокий поклон, – спасибо, господин Бобров. Если только это не дело твоих рук. Бомбу подложил, а как выпили немного, так и пожалел полковника и придумал чёрт знает что.
– Ну, ты даёшь, честное слово. В общем, получается складно, я как-то об этом не подумал. Сразу видно, что ты профессионал, мастер выдумывать версии. Вы здесь и с преступностью также боретесь, ковыряетесь в носу, козявки раскатываете и хватаете того, кто рядом. Жаль, что я тебя не взорвал, пожалел полковника, во – всяком случае, сейчас не пришлось бы слушать твои пьяные бредни. Ладно, полковник, спасибо за дармовой ужин с водкой, я думаю, что как-нибудь расквитаемся.
Бобров и не думал скрывать своей обиды и попытался захлопнуть слегка приоткрытую дверцу машины, но Северцев не дал ему это сделать, схватившись за ручку.
– Зачем же когда-нибудь? Можно и сейчас! Давай сейчас! В этом городе добрый десяток подонков, которые мечтают, как бы отправить полковника на тот свет. Вот теперь и ты…
– Заткнись! – Бобров дёрнул дверцу на себя и Северцев освободил ручку. – Я не подонок и ни что на свете не заставит меня желать чьей – либо смерти. А ты просто пьян, жлоб! Иди и проспись, алкоголик чёртов! – крикнул Бобров на прощание.
Не желая окончательно разругаться с Северцевым, он резко подал машину вперёд и кинул прощальный взгляд в зеркало на размахивающего руками пьяного полковника. Он уже завернул за угол, сбавил скорость и медленно выезжал на ночную, почти безлюдную трассу, как вдруг услышал несколько характерных хлопков, напоминающих выстрелы, потом две короткие автоматные очереди. Сомнений быть не могло. Там, откуда он только что отъехал, стреляли.
Бобров даже не раздумывал, развернул машину и рванул её обратно. Из-за угла, прямо на него, включив дальний свет, на полной скорости выскочил автомобиль. Бобров еле успел увернуться. Он затормозил у самого бара. Северцев лежал на снегу, лицом вниз недалеко от машины. А джип горел и Бобров сообразил, что он может бабахнуть. Вокруг никого не было, он хотел забежать в бар, чтобы позвать на помощь, но почувствовал, что может не успеть. Подбежав к лежащему без сознания Северцеву, он схватил его за ноги и потащил подальше от горящей машины. Полковник был тяжёлым, но по снегу Боброву удалось оттащить его достаточно быстро и достаточно далеко. Северцев не приходил в себя. Взрыв Бобров почти почувствовал, бросив тащить Северцева, он сжал голову в плечи и почти упал на него. Он ощутил горячее дыхание взрывной волны, но страха не было, а в голове крутилась мысль о пальто, которое он купил в одном из лучших магазинов Парижа прямо перед приездом в Россию. Почувствовав безопасность, он огляделся вокруг и, встав на колени, несколько раз слегка ударил Северцева по щекам, но тот даже не подавал признаков жизни.
Площадь перед баром уже кишела людьми, выли сирены, взрывом рвануло ещё несколько машин, стоявших рядом с джипом Северцева. Машине Боброва повезло. Подъехала скорая помощь, они быстро уложили полковника на носилки и затолкали в свою карету. Он даже не шелохнулся. Боброву тоже предложили помощь, но он отказался и на своей машине последовал за скорой помощью.
Через некоторое время в приёмной больницы уже толкались милицейские чины и Бобров не смог остаться незамеченным. Медсестра провела его в туалетную комнату и помогла привести себя в относительный порядок. Только он вышел оттуда, как к нему подошёл человек и, представившись сотрудником прокуратуры, попросил рассказать о случившемся. Немного смущаясь от того, что невозможно было скрыть слегка хмельное состояние, Бобров всё же рассказал в двух словах о том, что произошло. Тот его внимательно выслушал, потом тяжело вздохнул и очень серьёзно, почти шёпотом сказал:
– Он ещё не приходил в себя, но врачи делают всё возможное и если нужно будет, то мы отправим полковника Северцева в центр. – Он многозначительно посмотрел на Боброва и добавил, – Вы ведь понимаете, что всё может случиться, мы уже сообщили его семье. Вы друзья с полковником? Я вас раньше не видел.
– Да, как вам сказать, – замялся Бобров, – знакомые, в какой-то степени. Мы вместе решили просто поужинать. А тут такое…
– А где вы живёте? – не отставал сотрудник прокуратуры, внешний вид Боброва настораживал его. Он чувствовал значимость неизвестной ему персоны, и это сдерживало его от привычного повышенного тона.
– Я живу в Авиньоне, если вам это о чём-то говорит – спокойно ответил Бобров.
– А где это?
– Недалеко от Марселя, во Франции.
– Так вы что – иностранец?! – с уже почти нескрываемым интересом спросил сотрудник прокуратуры. – В смысле, приехали из-за границы?
