Еще одной масштабной сферой для политики демонтажа является слом петропривычек. Хорошая новость уже упоминалась ранее: в случае с петропривычками часто работает принцип «чем меньше, тем лучше». Самый полезный совет в данном случае прост: открывайте – впервые или заново – радость от того, что у вас уже есть, следите за течением времени, не рассчитывайте, что потребление станет вашим руководством по достижению счастья и самосовершенствованию, будьте по-настоящему внимательны к своим отношениям и своему окружению. Перефразируя слова Кайла Пауиса Уайта, философа из индейского племени нешнабе, можно утверждать, что цивилизация колонистов-переселенцев умирает, и недаром – ведь она была основана на отчуждении прав огромных масс людей в интересах очень немногих. Горячка якобы преобразовательной деятельности, направленная на то, чтобы отстрочить «переселенческий апокалиптицизм», используя формулировку Уайта, грозит лишь повторением того же самого в еще больших масштабах. Непосредственная задача состоит в том, чтобы запустить медленный и кропотливый процесс восстановления доверия и заботы между людьми, а также между людьми и нечеловеческими существами, – именно из этих отношений и может родиться лучший мир[22]. Союзников на этом пути уже более чем достаточно. Активисты, движения и организации BIPOC-энвайронментализма[23] и феминизма уже находятся в авангарде борьбы за отказ от расового, колониального и патриархального наследия сукро/карбо/ петрокультуры[24]. Кроме того, многовекторная политика демонтажа петрокультуры родственна зарождающейся сфере этики антироста (degrowth) (см. [Raworth 2018; Kallis 2018]), для которой принципиально представление о том, что наилучшим путем к достижению устойчивого развития являются замедление экономической динамики, большее внимание к экологическим аспектам и человеческим отношениям в принятии решений об использовании времени и приложении усилий. Феминистские теоретики антироста с огромной проницательностью и ясностью демонстрируют, каким образом взращивание экономики, основанной на заботе или солидарности, – такой экономики, где благодаря акценту на репродуктивности вместо производительности (reproductivity over productivity) поддерживается целокупность социального мира, включая даже безответственных мега-хищников наподобие того самого цербера, – может способствовать созданию более справедливой и стабильной версии модерна (см. [Bauhardt 2014; Bianchi 2012]). Восхитительное описание этой концепции дает мой друг, блестящий исландский кинорежиссер Бенедикт Эрлингссон:
Рассуждая о климатических действиях, мы слишком часто говорим о необходимости жертв и упорной работы, но при этом недостаточно обращаемся к тому удивительному миру, который стоит на пороге. Вы сможете меньше работать. Вы сможете больше спать. Вы будете проводить больше времени с семьей и друзьями. Вы получите больше удовольствий. Отправляясь в путешествие, вы сможете оставаться в каком-то месте дольше. Кто же не захочет жить в таком мире?
В самом деле, кто?! Так что меняйте свой петродрайв (petrothrills) на то, что Стейси Алаймо называет экоделикой [Alaimo 2016: 166]. По мере того как из центра социальной жизни будут исчезать консюмеризм, неотделимый от высоких выбросов углерода, и соревновательность, у нас будет появляться все больше времени для поддержки друг друга и общего благоденствия. В экономике, ориентированной на сотрудничество и заботу, достаточно легко снизить потребление ресурсов отдельно взятого человека до устойчивого уровня – попросту потому, что именно так поступало подавляющее большинство людей на протяжении почти всей истории человечества. Перемены даются нелегко. Токсичность разлита вокруг нас во множестве форм. Демонтаж петропривычек, включая привычки петрознания, может и должен сопровождаться игрой – то же самое касается и формирования новых привычек. Вот вам в качестве примера игрового демонтажа и пересборки правила игры, которую мы с несколькими коллегами[25] придумали в преддверии саммита СОР26[26] в Глазго. Вероятно, вы уже устали читать эту книгу, так что самое время просто повеселиться.
«Цветная капуста, любовь, велосипед»
