- Просто кошмар! - воскликнула писаная красавица Елена, встряхнув каштановой чёлкой и надув губки. - Маски-шоу в бизнес-центре! И ещё говорят о поддержке бизнеса!
- Подобное было и на пивоваренном заводе, - тихо заметила Инна, девушка на вид чуть помоложе и попроще подружки, но тоже очень привлекательная, с задумчивым взглядом карих глаз. - Там директор кричал, что это попытка рейдерского захвата. Мы ничего об этом не напечатали. Редактор сказал, что это дело правоохранительных органов, что нужно дождаться официальных результатов расследования...
- А правоохранители уже на месте! - хмыкнул Колоткин.
- Ясно, что и на этот раз мы ничего об этом публиковать не будем, хотя бы Чермных озолотил нас! - за всех сделала очевидный вывод Елена. - Непонятно только: зачем вообще нас позвали сюда? Для острастки омоновцев, что ли?
- Не очень-то они нас стесняются! - снова хмыкнул Колоткин.
Каморин подумал о том, что обращение в подобных случаях к журналистам - это заведомо безнадёжная попытка ухватиться за соломинку. Однако он не сказал этого, зная о том, что притихший за своим столом начальник ПТО Агошков не преминет передать Чермных высказывания журналюг. Судя по скорбному виду, с каким Агошков поглядывал на гостей, они ему не очень нравились.
- Неужели предпринимателям ничего доказать нельзя? - как бы впервые удивилась этой мысли Елена.
- Да уж нельзя, наверно, потому что всё хитро делается, - ответила Инна. - И непонятно, кому доказывать. Ведь это должны быть тоже правоохранители, только какие-то другие, честные...
- Делается всё не так уж хитро, по схеме довольно простой, но очень надёжной, - возразил Колоткин. - В каждом бизнесе всегда найдутся какие-то нарушения, и не много фантазии нужно для того, чтобы раздуть их до серьёзных масштабов. Затем владельцу объясняют, что выбор у него небольшой: либо он дёшево продаст активы кому скажут, либо его замучают проверками, разорят штрафами, а то и посадят.
- И после серии перепродаж активы переходят в собственность родственников или друзей инициаторов "наезда" на предпринимателя! - радуясь своей догадливости, воскликнула Елена. - Или они получают на свои зарубежные счета разность между действительной ценой активов и продажной! Я об этом слышала!
- Ну вот видите: это на самом деле совсем не сложно, - спокойно заключил Колоткин.
- Только не надо идеализировать бизнес, особенно малый! - с неожиданным оттенком личной обиды заявила Инна. - Во всех СМИ принято умиляться: ах, какие "малыши" смелые и стойкие! Как героически они преодолевают всяческие препоны! А между тем нет эксплутаторов более жестоких, чем мелкие хозяйчики! Они ведут дела вроде бы по-семейному, по-домашнему: по праздникам садятся со своими работниками за один стол, преподносят им небольшие подарочки, но зато и работать заставляют сверхурочно, и отпуска дают коротенькие и без отпускных, и зарплату официально платят минимальную, остальное - в "конверте", и увольняют запросто.
Каморин печально поник головой: в редакции "Ордатовских новостей" всё было именно так, как говорила Инна.
Чермных появился перед журналистами только спустя полчаса, с папкой в руках. Каморина, не видевшего его года два, поразили перемены в его облике: лицо стало одутловатым, тело ещё больше погрузнело, глаза потускнели. Он казался напряжённым, смятённым. При появлении шефа начальник ПТО сразу поднялся и вышел, освободив ему место за своим столом. Тот сначала раскрыл папку с бумагами, подошёл к журналистам, торопливо положил перед каждым несколько листков бумаги, соединённых скрепкой, и затем сел. Помолчав с полминуты для того, наверно, чтобы журналисты бегло рассмотрели предложенные им отсканированные копии документов, он заговорил глуховатым голосом:
