– Его следы потерялись. Есть предположение, что он проник в отель через подсобные помещения.
– Например, через кухню, – подсказала она.
– Вы правы. Будем считать – обмен равноценный. Вам – зачет. – Следователь с азартом включился в игру.
Заметив это, Лионелла пошла еще дальше. Ироничный, надменный и азартный следователь провоцировал ее на вопросы.
– Как вы думаете, когда убили альфонса? До или после того, как в номер Шмельцова пришел Кирилл?
– А кто вам сказал, что Ольшанский исключен из числа подозреваемых?
– Вы сами ясно дали понять…
– Когда?
– В прошлый наш разговор.
– Это неправда.
– Вы ненадежный человек, – разочарованно поморщилась Лионелла.
– И здесь мы с вами взаимны.
– Вот уж не думала, что… – Помолчав, она продолжила несколько другим, язвительным голосом: – …когда играют в жизни – это интереснее.
– Чем что?
– Интереснее вялых потуг профессиональных актеров. Скажите, зачем вы это делаете?
– Сами предложили.
– Что?
– Торговаться.
– Ну хорошо. Возможно, вам покажется занимательной еще одна информация.
– Говорите – посмотрим.
– Когда я возвращалась в номер после игры, в кабине лифта кто-то спускался. Мне пришлось подняться по лестнице.
– Что в этом удивительного?
– К тому времени все разошлись. На террасе отеля оставались только Марго и Катерина.
– Насколько я знаю, с лестничного марша легко разглядеть, кто в кабине.
– Я помню только одежду.
– Имеется в виду фасон?
– Конечно же, нет. Ее цвет.
– Ну?
– Он был белым.
– В тот вечер на ужине или на игре присутствовали дамы в белом?
– Мне трудно вспомнить.
– Это не ответ.
– Кажется, нет.
– Мужчины?
– Все были в смокингах.
– Даже если мы не добрались до разгадки, информация интересная. С ней нужно работать.
– Не понимаю, как раньше не вспомнила. И знаете, о чем я подумала? Ведь я могла встретить убийцу.
– В лифте?
– В своем номере!
– Вряд ли. Его там давно уже не было.
Лионелла усмехнулась:
– Вот вы и прокололись…
– Не понимаю.
– Вы знаете, что альфонса застрелили до прихода Кирилла.
– Даже если так, это ничего не меняет. – Егор Петрович взял ее под руку. – Давайте пройдемся.
Они пошли по дорожке вдоль берега пруда. Столетние деревья упирались вершинами в небо, накрывая их тенью и даруя прохладу.
– Кстати, ваша версия насчет кухни имеет особый смысл, при упоминании о запахе жареной курицы. Альфонс мог принести этот запах в складках одежды. Однако не ясно, как он попал в номер в ваше отсутствие. Вы никому не давали свой ключ?
– Я похожа на сумасшедшую?
– Господи упаси.
– Не мне вам говорить – ключи есть у портье и у горничных.
– Вы правы, здесь существует множество вариантов.
– Знаете, что странно… – Лионелла остановилась.
Фирсов внимательно взглянул на нее и спросил:
– Что?
– После окончания игры я случайно услышала разговор Григория Шмельцова с Миленой.
– Той, что со старцем?
– Ее фамилия – Полторацкая.
– О чем они говорили? – заинтересовался следователь.
– Шмельцов посетовал на то, что не все пришли на игру.
– Вероятно, речь шла об Ольшанском.
– Но дело в том, что ему было известно – Кирилл не придет. Его поезд прибыл незадолго до окончания игры.
– Все верно. В своих показаниях Шмельцов сообщил, что ему было известно время приезда Ольшанского и он оставил для него ключ на ресепшене.
– Тем не менее он страшно удивился, когда Полторацкая сказала, что встретила в холле Кирилла. Шмельцов так и спросил: почему же тот не пришел на игру? По всей вероятности, он хотел скрыть, что Кирилл в тот момент ждал в его номере.
– Это очевидно, – согласился Егор Петрович.
– Я даже подумала: не той ли он ориентации…
– Грехи наши тяжкие… – вздохнул Фирсов.
– Вы здесь при чем? – удивилась Лионелла.
– Я не о том!
– Тогда что имели в виду?
– Грехи наши тяжкие, – повторил он.
– Что конкретно?
– К примеру – наркоманию.
– Вы про Кирилла?
– Сначала дайте мне честное слово, что эта информация останется между нами, – проговорил Фирсов очень серьезно, и у Лионеллы не повернулся язык сказать что-то, кроме одного:
– Даю вам честное слово.
– Надеюсь на вашу порядочность.
– Говорите.
– Шмельцов…
– Подождите-подождите… – наконец до нее дошло: – История падения с крыши?
– В больнице, куда привезли Шмельцова, подтвердили наличие наркотических веществ в его крови. Он – конченый наркоман.
Лионелла чувствовала, что должна дать этому какую-то оценку, но сказала ничего не значащую фразу:
– Он очень хорошо это скрывал.
– Как вы понимаете, конфиденциальность – это вопрос его заработков и репутации.
– Выходит, что на крышу его загнали наркотики?
– Такое часто случается. – Фирсов решил подвести черту их разговору: – Информационный обмен окончен. Вы едете в Питер?
– Вам осталось рассказать, что от меня требуется.
– Хотите задание?
– Мне нужно подготовиться. – Лионелла представила себя в сексуальном костюме Маты Хари, что заставило ее подтянуть живот и выпрямить спину.
– Задания не будет, – Фирсов беспощадно развеял ее фантазии.
– Тогда зачем туда ехать?
– Даю установку: что бы ни увидели, вы ничему не должны удивляться. Поступайте так, как подсказывают обстоятельства и, конечно, женская интуиция.
– В чем же интрига?
– Ни в чем.
– Не понимаю, что за резон.
– А если просто довериться?
– Вам?
