Моя несчастная жизнь! Я ненавидела свою дочь, я испортила себе жизнь. Все свои деньги я бы променяла на спокойную жизнь с Сережей. Я любила его! Я и сейчас люблю его! Сережи нет, а тот мерзавец остался безнаказанным, он живет и наслаждается всеми благами жизни. Кем он возомнил себя, что безжалостно сломал нам жизнь? Тридцать лет прошло. Существует срок давности. Ему сошло с рук то, давнее преступление. А сейчас он убил бедного Павла Викторовича, за то, что тот узнал его. Смогу ли я посадить его за совершенное им деяние? А вдруг ему удастся уйти от наказания, он же иностранец? Я сама должна наказать его! Я найду его и накажу. И тогда Сережа простит меня.
Я обратилась в фирму «Деликатные услуги». Мне приходилось несколько раз обращаться к ним, и я была самого высокого мнения об их работе. Их богатейшей арсенал средств извлечения информации и методов влияния на людей позволял избегать крайних мер. Но это случай был особый. Там работали профессионалы, они быстро вычислили этого человека. Кроме фамилии он поменял имя, гражданство, жил постоянно в Израиле. У него нашлась одна слабость. Оказывается, и безжалостные убийцы способны любить. В России у Максима Васильевича Косталиди остался обожаемый им внук, ради которого он иногда покидал страну, где было комфортно и безопасно. Я не хотела, чтобы его убили сразу, это было бы слишком просто. Он должен был страдать, бояться расплаты, должен был жить в страхе, в ожидании смерти. Ребята сделали все по высшему разряду. Они заманили его в Россию, организовав парочку покушений на его внука. Максим Васильевич Косталиди приехал, когда его горячо любимый внук попал в больницу. А дальше уже все было просто.
У него украли документы, чтобы он не мог быстро уехать из страны. Нашли девушку, похожую на покойную Лиду. После того, как над ней поработал стилист, она стала похожа на Лиду, как две капли воды. Ее одели по моде тех лет. Лже-Лида попадалась своему убийце на каждом шагу. Она даже приходила ночью в его номер, и шептала: «Зачем ты убил меня?» Ему звонили по телефону. За ним открыто следили. Он дергался, стал нервничать, перестал встречаться с семьей, боялся ездить в такси, взял машину в прокате. Я ждала, потратила тридцать минут рабочего времени, чтобы увидеть его. Он вышел, нервно озираясь, руки его, когда он открывал дверцу, тряслись, лицо под загаром побледнело, стало желтым. Я смотрела на него из затемненного салона стоящей рядом машины. Таким я запомнила его: раздавленным страхом за свою жизнь и нечистой совестью. «Деликатные услуги» передали мне, что заметили интерес к нему со стороны прокуратуры. Я подумала, что это тоже хороший вариант, если он сядет на нары в его годы. Пусть заплатит той же монетой. Такие долги не имеют срока давности. Я торжествовала, я победила, сделала с ним, все, что хотела. И вдруг – успокоилась, он стал мне совершенно безразличен. Я собралась и уехала по делам в Санкт-Петербург.
Он всегда был везучим. Детство его прошло на грязной улице в пригороде большого города. Отец был машинистом тепловоза, а мать – уборщицей в поликлинике. Младший брат пошел по стопам отца. Конечно, что можно было ожидать от человека, родившегося в таком захолустье? То ли дело, он! Он с детства был отмечен особой печатью. Михаил рано стал осознавать, что ему уготована свыше иная судьба, ярче и интереснее, чем у всех его сверстников, потому что он – особенный.
Он с детства читал много книг о том, как надо правильно себя держать в обществе, и следовал этим правилам с самого детства. Он никогда не носил обносков. Мать его обожала, молилась на него, она выполняла все его капризы. Михаил даже в одежде отличался от сверстников. Вещи его всегда были новые, модные. Он с детства научился носить их красиво. Рубашки у него всегда были безупречно чистые, костюмчик отглажен, а ботинки сияли от крема, как будто их вчера принесли из магазина. Местные пацаны несколько раз попытались его сделать таким как они сами, но получили отпор. Михаил с первого класса посещал спортивную секцию, так что кулаки у него были тяжелые и бил он профессионально.
Он всю жизнь тянулся к красивому. Ему рано стали нравиться девочки. Первый раз он влюбился в четвертом классе. Девочка была очень хорошенькая, яркая брюнетка из очень приличной семьи: ее отец был директором местного завода. Михаил встречал и провожал ее домой, нес портфель, дарил цветы, которые обильно росли в их палисаднике. Он постоянно ловил восхищенные взгляды других девочек. А его избранница розовела от удовольствия и гордо несла свою прелестную головку. Они целовались в кустах сирени. Даже мальчишки не дразнили их, как это бывало с другими.