Элла подняла глаза вверх, пытаясь собраться и перевести дух. Все происходило так быстро и сразу.
Надо бежать. Поговорим потом.
Написала она Дейви. Потом написала Дэмьену – Позвони! – и сунула телефон в карман джинсов.
Внизу Натан стоял, прислонившись к стене возле стойки ресепшена. На нем была потрепанная кепка, надвинутая на глаза, и он стоял, опустив голову, стараясь казаться как можно более незаметным. В лобби и в ресторане отеля было полно народу. Несколько человек уже узнали Натана, вынули телефоны и незаметно фотографировали его.
– Эй, – позвала она, вставая перед ним, чтобы закрыть его от любопытных глаз и фотографирования.
– Эй, – натянуто улыбнувшись, он убрал телефон и несколько раз скрестил руки на груди и опустил их. Видно было, как он напряжен.
Она показала ему, чтобы он наклонился к ней.
– Хочешь заказать еду в номер? – Она говорила ему прямо в ухо, перебивая шум разговоров и пульсирующую музыку из ресторана.
– Да, – положив руку ей на спину, он повел ее к лифтам.
– Толпа действительно тебя пугает.
Он нажал кнопку своего этажа.
– Даже больше, чем раньше. Наверное, это цена отшельничества.
– Я могу как-то тебе помочь?
– Ты уже помогла. Прошлой ночью я понял, что от разговора действительно становится легче. Я уже и забыл, что так бывает. Сегодня утром, проснувшись, я не испытал такой всепожирающей вины.
– Здорово. А в прошлый раз это помогло?
– Да. Но с прошлого лета я больше ни с кем не разговаривал о Карсоне.
Элла коснулась его руки, словно благодаря за доверие. У каждого должно быть, с кем можно поговорить. Как бы она хотела, чтобы Дэмьен поговорил с ней о том, что произошло в ноябре.
Лифт звякнул, двери открылись. Они пришли в номер Натана, заказали и съели легкий ужин. Когда Натан выставил поднос с посудой за дверь, Элла выключила телефон и попросила Натана сделать то же самое, чтобы им не мешали. Она положила диктофон на стол и позвала его сесть к ней на диван.
– Готов? – спросила она, когда он уселся.
– Готов, – подтвердил он, доливая им в бокалы вино.
Элла включила диктофон, и следующие два часа они говорили о Стефани и их сыне. Натан признал, что развод со Стефани неизбежен. Он не радовался этому, хотя осознавал, что будет проще жить дальше, понимая, что им лучше друг без друга.
Но когда они вернулись к обсуждению его детства, его настроение изменилось. Он говорил о своих родителях искренне, с нежностью и восхищением. Он грустил по отцу и собирался навестить маму в Сан-Диего. Он не видел ее больше года и хотел заняться серфингом.
– Единственная часть меня, которая видела солнце за эти семнадцать месяцев, – это лицо.
Элла рассмеялась.
– А где ты еще серфил, кроме Сан-Диего?
– Много где, но лучше всего в Австралии и на Гавайях.
– А ты был в Заливе Полулуния, где знаменитое течение Маверик?
– Нет, хотя я дико уважаю серферов на больших волнах.
– Как же так? Ты прыгал с аэропланов, лазил по горам, катался на вертолыжах на Аляске, но не смотрел в лицо десятиметровой стене воды?
– Черт, нет, – ответил он, смеясь. – Предел, Скай. Я знаю свой.
Она улыбнулась, глядя на диктофон. Красная лампочка помигивала. Становилось поздно, а завтра у них был длинный день, но им надо было обсудить еще одну, последнюю, тему.
– Расскажи мне, как умер твой сын, – осторожно попросила она.
Натан сложил руки на коленях.
– Ладно.
– Ты можешь сейчас говорить об этом?
Он подумал минуту, затем кивнул.
– Я был на съемках, – начал он, ерзая на диване. Он описал Элле то утро и как он говорил с Карсоном по телефону. Сын видел вчерашний эпизод с полетами в вингсьютах и беспрестанно говорил об этом. Он просил Натана взять его полетать, когда он вырастет. Натан обещал, и Карсон сказал, что тогда он будет тренироваться, чтобы быть готовым.
– Я должен был отнестись к этому серьезно. Но я подумал, что эти тренировки…
– Значат? – подтолкнула Элла, когда он замолчал.
– Хороший отец сказал бы сыну, что он любит его и что скоро вернется, верно? – Он вопросительно взглянул на нее, и Элла автоматически кивнула. – А я этого не сделал. Я думал о другом. Мы в тот день снимали, и я мысленно проходил маршрут. Знаешь Джастина Тернера, актера, который играл прошлым летом в фантастическом блокбастере?
–
– Он был приглашенной знаменитостью. Он мастер катания на горных велосипедах, и мы должны были в тот день ехать по очень крутым и узким тропам в Моаве. Так что я должен был сосредоточиться. Но на самом деле я должен был слушать Карсона. Я должен был перезвонить ему. – Он провел обеими руками по волосам, затем наклонился и закрыл лицо. – Это не становится легче.
Элла положила руку ему на колено.
– Что? Говорить о Карсоне?
Он кивнул, не отнимая рук от лица.
– Натан, как он погиб? – тихо спросила она.
Он поднял голову и посмотрел прямо на нее.
– Неверный вопрос. Спроси, почему я прекратил снимать передачу.
– Хорошо, – согласилась Элла, не понимая, к чему он клонит. – Почему ты перестал снимать передачу?
