– Ну что с внедрением новой программы? – Молодой парень лет тридцати-тридцати пяти, поправляя галстук, спросил у своего помощника. Стильно одетый, гладко выбритый, весь лоск говорил о статусе.
– Сергей Сергеевич, – невысокий мужчина лет сорока пяти привстал, теребя листы бумаги формата А4, одновременно поправляя очки. Его лицо дергалось так, что эти нелепые усы криво постриженные, как будто жили своей жизнью и ерзали под носом, – Все просто превосходно! Все результаты превзошли наши ожидания! – писклявый голос помощника по Имени Антон восторженно звенел.
Сергей Сергеевич потирал ладони, словно ждал десерта после вкусного обеда, – Что там с клиентской базой?
Антон отчеканил новые цифры, – В общем рост колоссальный, после внедрения новой программы интеграции в мозг, люди просто сошли с ума!
– Меня интересует премиум сегмент, – Сергей Сергеевич закурил сигару, о чем – то размышляя.
– Премиум сегмент, – Антон подхватил слету, – пополняется, запись на два месяца вперед, даже высшие чиновники становятся нашими клиентами.
– Вот, вот, вот это мне интереснее, давай подготовь мне список премиума, через час чтобы на столе был, – Сергей Сергеевич улыбался, будто замыслил коварный план, – Этот премиум сегмент мне еще ноги целовать будет! Ты еще здесь?! Список мне! – он крикнул на Антона, тот испуганно стал собирать разложенные листы и убежал, весь дрожа.
– Верный пёс, – Сергей Сергеевич смотрел ему вслед и улыбался, – Теперь город мой, Ха-ха, – ха, – злобным голосом прокричал он, имитируя злодеев из кино.
Никому неизвестный аспирант Сергей теперь для всех Сергей Сергеевич. Его старания по изучению мозга и влияния сна на него не прошли даром. Теперь он действительно добился успеха в этой области, жаль, что несколько человек, проводивших совместно с ним эти исследования, не видят этого успеха. Им не повезло, череда несчастных случаев унесла их жизни, но он справился один, получил патент. Сразу после международной конференции в Америке один из американских институтов по изучению нейрофизиологических процессов согласился финансировать его программу дальше и помог по проведению клинических опытов, а потом и претворению в жизнь. Да было много попыток со стороны государственных органов присоединиться к этим исследованиям, но где они были, когда они только начинались? Никто не верил в то, что это вообще возможно. Они только смеялись ему в лицо. Лишь после публикации статьи в научном журнале ему позвонили из Америки и предложили выступить на конференции. И тут-то все закружилось-завертелось. Американцы знают и видят перспективу!
Потом еще не раз правоохранительные органы и спецслужбы пытались влиять на этот проект, но тут же по новостям сообщалось о многочисленных митингах по всей стране, включая столицу. Под разными предлогами и лозунгами, но народ выступал против то повышения тарифов, то какого-то закона, то еще чего-то, но эти митинги заставляли эти органы отступить. И никто не знал истинных причин этих волнений, но они делали свое дело. Американцы умели проводить политику среди населения, зная, за какие ниточки нужно дергать, какие проблемы интересны людям. Но нужных людей сразу выпускали под подписку о невыезде и работа над программой продолжалась. А теперь, когда на крючке были высокопоставленные люди, все шло «как по маслу». Как только возникали какие-то вопросы по проекту, сразу шли кадровые перестроения, на посты ставили людей, которые не будут задавать лишних вопросов, а с теми, кто не хотел сотрудничать, работали СМИ, в которых раскрывались неучтенные доходы, любовницы, дома за границей. И никто не подозревал даже, почему все эти люди, которые агитировали на площадях до сих пор на свободе, зная как можно закрыть человеку рот. Но, не смотря ни на что, они продолжали быть на свободе и возглавлять так называемую «оппозицию». Сергей тоже сначала боялся и нервничал, когда его пару раз вызывали на допрос, но потом привык и понял, что его покровители куда более влиятельные, чем те, кто ему угрожал. Потом он просто перестал ездить на эти допросы и просто их посылал подальше, как это принято делать в России.
Теперь он генеральный директор исследовательского института нейрофизиологии, теперь он Сергей Сергеевич и к нему в очередь выстраиваются все мировые звезды, все высокие чины. Но почему-то этот проект запустился только в России. По его мнению, этот проект можно было запустить по всему миру, но его покровители из Америки думали иначе, и Россия стояла на первом месте, как будто они торопились. Но ему не это было важно, ему было важно то, что теперь он личность, он человек года, человек, с которым теперь все хотят иметь дело. Он уже не тот аспирант с протянутой рукой, когда ему все отказывали в финансировании или получении гранта. Только американские коллеги и друзья, как они просили их называть «протянули руку помощи» и признали его заслуги, но, разумеется, просили этого не забывать.
