Ей даже хочется набрать номер Алекса, чтобы сказать ему, что да, возможно, они и не помогают всем, но делают все для того, чтобы помощь мог получить каждый. И что люди, которые не имеют средств, вполне могут получить чудодейственные исцеляющие возможности за счет тех, кто средства внести мог. Да, шанс один на тысячу, если не больше. Но шанс есть. Она даже чувствует некоторое подобие гордости за то место, в котором она трудится такой длительный срок. Она наливает себе последний бокал, идет к помойке, чтобы выкинуть бутылку, находит в ящиках старую пачку сигарет, в которой осталось всего две. Открывает нараспашку окно и прикуривает. Снимает полотенце с головы, потому что волосы уже давно высохли сами, не зря она предпочитала короткую стрижку – меньше мороки. И почему она снова решила закурить? Ведь столько всего читала и знала про рак легких. Она хмыкает своему отражению в стекле. Смотрит на часы. Пора ложиться спать, завтра снова рано вставать, а она терпеть не может не высыпаться, сразу чувствует себя паршиво и ничего не может с собой поделать. Она закрывает крышку ноутбука и отправляться в спальню, но что-то заставляет ее, прямо стоя, набрать в поисковике имя того, кто был исцелен столь чудесным и счастливым образом. Ей просто хочется посмотреть, как живет он сейчас. В эру социальных сетей это ведь так просто.
Битый час она провела в попытке найти хотя бы что-то об этом человеке. Ничего. Пустота. Все его тезки оказывались, конечно, не им. Она залезала на базы розыска людей и о нем не смогла найти ничего. В его файле был адрес, который выдавался как «несуществующий или неправильный адрес». То же самое происходило и с номером его телефона, и со всей другой информацией. Исходя из всего, что она нашла, этого человека никогда не существовало. Его фото также не было распознано. Счастливо исцеленный человек не существовал. Ее идеология разбивалась о рифы реальности. У нее заболела голова. Кажется, она даже вспотела, хотя забыла закрыть окно, и на кухне было прохладно. Она не из тех, кто рубит с плеча. Это может быть какая-то ошибка. Завтра она изучит все архивы и найдет данные о всех, кому повезло в лотерее. Возможно, с этим человеком произошла какая-то ошибка, данные устарели, или произошло еще что-то. Этого не может быть. Он улыбается с фотографии и пишет благодарственное письмо. Он не может быть «мертвой душой». Она трет виски и ловит себя на мысли, что на часах третий час, а она лежит в кровати и смотрит в потолок. Она грешит на вино. Она старается отогнать от себя мысли, которые мешают ей спать, а завтра будут мешать работать. Она засыпает лишь когда убеждает себя, что это всего лишь какая-то ошибка, и она даже не будет изучать архивы. Глупо гоняться за призраками. Это всего лишь ошибка.
Константин сидит на грубом и жестком стуле в больнице и даже просматривает какой-то женский журнал. Интересно, почему в больницах всегда лежат именно женские журналы? Где журналы хотя бы про автомобили? Когда он увидел, что она без сознания, в первые минуты пытался привести ее в чувство своими силами. Он даже пару раз ударил ее по щекам, легонько, но это не сработало. Она была мертвенно бледная, и его это напугало, он подхватил ее на руки и крикнул управляющему, чтобы тот дал адрес ближайшей больницы. Сам же аккуратно уложил ее на заднее сиденье, пока управляющий лениво карябал адрес на листке бумаге и так же лениво его ему передал, не показывая ни малейшей заинтересованности в том, что произошло. Словно у него под окнами каждый день красивые девушки лишаются чувств.
– Наверное, из-за жары.
Это единственное, что произносит управляющий мотеля, когда прикуривает зловонную сигарету. Откуда они только берут такие сигареты, наверное, они стоят как жвачки, иначе и не объяснить, отчего пахнут словно жженая трава.
Больница оказывается не слишком далеко от мотеля, поэтому ему удается добраться достаточно быстро. Она все это время пребывает без сознания и все такая же бледная. Он вносит ее на руках в двери больницы и потом долго заполняет какие-то бланки, когда ее уносят на носилках санитары с угрюмыми лицами. Помещение и люди в белых халатах, признаться, не внушают доверия, но разве был у него выход? Он даже вынужден написать на этих бланках, что он ее родственник, а потом уточнить, что муж. Ему бы эта мысль показалась очень смешной, если бы он отчего-то не переживал. Он пытается убедить себя, что она просто устала. Длительная поездка и, наверное, у нее все же была морская болезнь.
Он тщетно пытается отловить докторов, чтобы узнать хотя бы какие-то новости. Он уже почти заснул в кресле, когда врач все же трогает его за плечо:
– Ваша жена уже чувствует себя лучше. Вы можете ее проведать.
– Что с ней?
– Пока сказать сложно. Мы надеемся, что простое переутомление. Анализ крови покажет, он будет готов завтра, и поэтому мы, в целях безопасности, подержим вашу жену в больнице до завтра.
