— А у меня есть выбор?
Она еще ничего не решила. Мир окончательно перевернулся, норовя раздавить ее, но Марк оставался рядом. Стоило вспомнить, что, запугивая и угрожая, он ни разу не ударил, не обидел ее. А когда воспользовался ее доверчивостью, она сама позволила ему это. В тот вечер она хотела его так сильно, что не могла рассуждать здраво. Мысленно она застонала.
Марк не двинулся. Прошло пару минут, рыжие волосы Эллы струились по его плечу. Мокрые, они стали совсем кучерявыми. Марк так безумно хотел Эллу, что вынуждал себя мысленно считать до десяти, потом до ста. Он причинил ей слишком много бед, и это не давало ему покоя.
— Ты ведь понимаешь, почему я держу тебя здесь? Почему мы должны находиться в одной комнате? — вопрошал он, глядя куда-то в пустоту.
Элла только кивнула, подняв голову. Ее голубые глаза заволокло пеленой, губы слегка приоткрыты. Она смотрела прямо в его глаза. Возможно, хотела проникнуть в самую суть. Марк отвернулся, потому что не хотел показывать, какая темная его душа.
— Нам стоит вернуться в номер. Ты дрожишь, — предложил он слишком резко.
Проведя внутреннюю борьбу с самой собой, Элла первая пошла обратно. Уже в комнате она осознала, как замерзла.
— У меня с собой кое-что из одежды. Ты можешь взять, что хочешь, чтобы переодеться.
Она молча достала из его дорожной сумки очередную футболку серого цвета. Марк скрылся за дверью ванной, чтобы не смущать ее. Элла была глубоко признательна ему за этот несвойственный его натуре джентльменский поступок. Пришлось переодеться наспех, но мокрые трусики Элла не решилась снять.
Когда Марк снова вернулся, она уже сидела на краю кровати и пыталась распутать волосы пальцами. Сам он снял мокрую футболку и, видимо, принял душ, потому что вокруг его бедер было обмотано полотенце. Элла отвернулась, а Марк, ни слова не сказав, скрылся обратно, захватив дорожную сумку.
Было бы неплохо найти в этой крошечной комнате телевизор и узнать новости. Но Элла должна была признать, что это, судя по всему, непозволительная роскошь.
Спустя пять минут Марк вернулся: на нем были только шорты, он успел побриться и зачесать назад волосы. Элла поймала себя на том, что разглядывает его и втайне наслаждается тем, что видит. Поспешила отвести взгляд в сторону.
Он же будто не замечал ее присутствия вообще.
— Я могу получить свой телефон? — спросила она, чтобы снять напряжение.
— Твоя сумочка осталась в машине во время взрыва, — грубо бросил Марк, видимо, вспоминая тот ужас, который пережил, спеша к Элле, забыв о том, что сам находится под прицелом. Пришлось врезать в челюсть Мише, чтобы тот отвалил…
Элла подтянула к себе колени. Ей было страшно. Не потому, что она снова осталась наедине со своим злым демоном, а потому что на нее, действительно, велась «крупная охота».
— Мне нужно, чтобы ты оставалась возле меня, пока это не закончится, — добавил между тем Марк, стараясь не думать обо всех тех соблазнах, которым себя тем самым подвергает.
— Хорошо, — просто сказала она.
Марк удивился. Он ожидал очередного всплеска ярости с ее стороны. Кивнул, отошел к окну, спрятал руки в карманы шорт.
— Ты ведь понимаешь, что проявила вчера излишнее любопытство?
Она не сразу осознала, на что он намекает.
— Марина покончила с собой — так сказали в компании.
— Они заметают следы.
— Ты не имеешь к этому отношения, верно?
— Я невольно втянул ее в свои дела, — честно признался Марк.
— Как и свою бывшую секретаршу, Таню. Это ведь она твой шпион в компании?
— Нет. Ты удивишься, но этот шпион — твой слащавый ухажер.
— Не может этого быть! — Элла недоуменно заморгала. — Миша… он плохо говорит о временах, когда вы были друзьями, обвиняет тебя в грязных махинациях. И никакой он не мой ухажер! — добавила она с напором.
Марк проигнорировал это замечание:
— Ты многого не знаешь, Элла, а многое просто упустила из виду. Люди, которые тебя окружают, вовсе не те, кем кажутся.
— У меня такое чувство, что ты говоришь о себе. Хочешь убедить, будто никогда не желал мне зла, а в твоем шкафу не припрятано дюжину скелетов?
— Все, что ты обо мне знаешь, — чистая правда.
Он не собирался оправдываться. Ни тогда, ни сейчас. В доме у реки Элла невольно проникла глубже, почти догадалась о его мотивах. С тех пор, как она появилась в Киеве, его целью, даже миссией стало защитить ее. Марк не подозревал, что отыщет в своей черствой душонке столь благородные порывы. Ей следовало поверить собственным первоначальным инстинктам. Он — ужасный человек, несмотря на то что несколько недель подряд корчит из себя благородного рыцаря. Элла не должна забывать, кто виноват в том, что она выросла без родной матери. А Марк не должен забыть о том, что не имеет права смотреть в ее сторону и втайне мечтать о прощении.
