– Возможно, нам понадобится оказать вам в этом поддержку. Вы еще в самом расцвете сил, и нам нужно, чтобы вы достигли успеха. Ради программы. Вы оба – наши идеальные представители. Молодые. Отзывчивые. Обаятельные. Открытые. Но вам понадобится проявить усердие и всесторонне подойти к вопросу вашего благосостояния здесь, у нас. Не связывайтесь с теми, кто вас будет только тормозить, Нора. Давно вы виделись с друзьями?
Я ответила, что давно, и ее это, по-видимому, вполне удовлетворило. Арт вопросительно на меня посмотрел, и я вдруг вспомнила, что соврала ему тогда, пока он был на книжном фестивале. Что якобы встречалась с Элеонорой. Я мельком улыбнулась ему и опять сосредоточила внимание на Фие.
Фиа кивнула на чашку, и я с радостью еще немного отпила. Остаток сеанса она, не переставая, печатала, записывая все наши ответы. Нейтана она попросила измерить нам давление и взять анализ крови для планового исследования. Он бережно разогнул мою руку, как будто я фарфоровая кукла: одно неверное движение, и я сломаюсь. Я внимательно наблюдала, как он надавливает подушечками больших пальцев по сгибу локтя и, обнаружив вену, ловко вводит иглу под кожу. От него исходил древесный запах, но с ноткой трав – то ли эвкалипта, то ли розмарина.
Фиа записала нас на следующий прием через полгода и завалила материалами с обновленным руководством по самолечению. В следующий наш прием уже опять выпадет снег, и мы будем отмечать очередной Новый год. По идее я должна была с нетерпением этого ждать, но мне было все равно. Этот прием меня настолько вымотал и опустошил, что я бросилась оттуда вон мимо стерильно-серых коридоров так быстро, как только могла – но, чтобы никто не подумал, что я убегаю. Арт вприпрыжку шел рядом, как будто не замечая, что сковавший меня холод еще не оттаял.
Даже наоборот, я чувствовала себя глуповато, и конечно, в голову тут же пришла куча реплик в разы удачнее, чем все мои ответы Фие и Нейтану; они все это время были у меня в голове, но как обычно – недосягаемы.
Ну и что, что я застряла на одной должности? Разве заниматься тем, что ты уже освоил – это теперь преступление? Никто такого не скажет ученому, гончару или, к примеру, Арту. Его никто не станет принуждать писать сценарии к фильмам или рождественские песенки. Ведь это плохо – менять одну должность за другой, но так и не стать ни в чем специалистом?
И почему, несмотря на мягкие грустные взгляды, их предложение помощи прозвучало как угроза?
Закинув папки на заднее сидение, я скользнула на переднее рядом с Артом. Он сел за руль и завел машину.
– Ну что, дела мы сделали. Можем ехать?
Это я придумала, что раз уж мы в городе, надо этим воспользоваться. С тех пор как Арт приехал, мы так и не успели притереться, чтоб между нами все стало гладко, как раньше. Я заведомо затеяла эту поездку как удачный повод наладить прежнюю близость, хотя ему преподнесла ее как случай выбраться за город. Это хотя бы не так страшно звучит.
К счастью, на дворе стоял знойный август, а я подготовила для нас пикник, завернутый в узелок из красного флиса, и наметила дорогу до декоративного сада примерно в часе езды от «Истон Гроув».
Фильтр у кондиционера в машине Арта был на последнем издыхании, и я опустила окно у пассажирского сиденья, подставив лицо свистящему ветру. Время от времени я делала слишком глубокий вдох, и у меня перехватывало горло. И хотя мы забрались в такую глушь, что единственным признаком жизни была лишь тяжелая поступь засевщиков на горизонте, но даже тут в воздухе ощущался резкий привкус загрязнения атмосферы – как будто лижешь рукоятку ножа.
В какой-то момент мы проезжали крупный водоем, окруженный зеленой долиной. На берегу с нашей стороны стояли двое мужчин и мальчишка лет восьми в одинаковых вощеных костюмах и желтых резиновых сапогах по колено. Каждый сидел на складном стульчике с удочкой и, не отрываясь, смотрел в одну точку – туда, где леска погрузилась в озеро. Все трое сидели почти неподвижно.
– Как это жестоко, – сказал Арт. – Могу поспорить, что мальчишке наобещали улов.
Я не была так уверена. Все трое увлеченно, пристально за
До сада мы доехали даже быстрее, чем думали. Я надеялась, пока там малолюдно, тихо полежать под шепот ветра, колышущий листья. Не знаю, как я вообразила, что в субботу никому в округе не придет в голову устроить пикник.
Декоративный сад скорее напоминал протяженный газон на заднем дворе дома-усадьбы Кроукрук Холл. Трава, напичканная добавками и ядовито-зеленая, окаймляла изгородь из древних деревьев, корявых и узловатых, почти окаменелых, повидавших на своем веку много бурь. Они протягивали ветви к небу и снова их опускали, растопырив, словно танцевали, ожидая погребения.
