— Да не парься ты на эту тему. Забей.
Затягиваюсь. Выдыхаю кольцами дым.
— Ничего не спросишь насчёт Неё? — первым начинаю этот непростой разговор. — Думал, тебе будет интересно.
— Не намерена лезть в душу. Расскажи то, что сам считаешь нужным, — пожимает плечом, надкусывая батончик.
Потираю бровь.
— Если вкратце, поговорить особо не вышло. Объяснить своё исчезновение она тоже толком не смогла.
— Для чего тогда просила о встрече?
— Хотела посмотреть мне в глаза, извиниться и поблагодарить.
— Извиниться за что?
— За то, что попал из-за неё в ДТП, — стряхиваю пепел на асфальт.
— Если она и виновата, то лишь косвенно. Ты же понимаешь это?
— Естественно.
— Почему так долго хранила молчание, не ответила?
— Нет. Чушь какую-то пронесла. Про то, что беспокоить меня и мою семью не хотела. Мол, итак из-за неё пострадал.
Девчонка хмурится, выбрасывая фантик от шоколадки в урну.
— Как-то нескладно выходит, — опирается о спинку скамейки. — Зачем же сейчас решила связаться с тобой?
— Посоветовала отпустить прошлое и я, ты знаешь, последую её совету.
Щёлкаю зажигалкой, неимоверно раздражаясь.
— Марсель…
— Всё короче. Не хочу вообще больше обсуждать её. Пошли в океанариум завтра? Говорят, тут есть неплохой. Я договорюсь.
— Договоришься?
— Официально приглашаю тебя на третье свидание, Вебер. Обещаю: никого, кроме нас и рыб, не будет.
Улыбается, глядя на меня. Но мне не нравится грусть, которая читается в её глазах.
— Соглашайся. Рок-звёзды не разбрасываются подобными предложениями, — подмигиваю, перекидываю руку и приобнимаю её, вынуждая положить голову мне на плечо.
— Рок-звезда… Не надо было нам целоваться в клипе. У тебя мозги набекрень съехали. Подмена понятий произошла.
— Я, может, давно жду репита, а ты морозишься.
— Отстань.
— Серьёзно. Я не шутил, когда говорил про то, что хочу строить отношения. Задолбало всё.
— Одноразовые куклы больше не радуют?
— Не радуют.
И это абсолютная искренняя правда.
Хочу блядь быть по-настоящему счастливым. Семью иметь большую, как у бати. Жену, дом, собак-кошек и много детей…
— Надо пробовать, — решительно заявляю.
— Не заводи эту шарманку, — цокает языком.
— Слушай, если не с тобой, то с кем?
— Так себе аргумент конечно…
— Ты призналась мне в любви, — другой сразу же выдвигаю.
— По пьяной лавочке? — фыркает.
— Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке.
— Хватит, — вздыхает так, словно очень сильно от меня устала.
Молчим.
Тишину разбавляет лишь стрекот кузнечиков. Как-то они подразошлись прям.
— Скажи мне что-нибудь.
— Кури поменьше, пожалуйста. Дымишь не прекращая, — высвобождается из плена моих рук. Поправляет волосы.
— Илон, я не об этом. Про нас с тобой скажи. Что думаешь и чувствуешь?
Поворачивается.
Вопросительно выгибаю бровь.
Жду.
— Правду сказать?
— По-другому не надо.
— Что ж… — опускает взгляд и какое-то время разглядывает узор на плитке. — Я думаю, что появление Таты — это знак, Марсель.
— Опять ты про неё? Какой ещё на хрен знак? — чувствую новый прилив раздражения.
— Нельзя строить будущее, пока тебя волнует прошлое…
В воскресенье мы с пацанами возвращаемся в Москву для того, чтобы выступить в клубе Base.
Если коротко, всё проходит хорошо, не считая того, что в самый разгар концерта вырубается электричество.
— Это всё твоя бешеная энергетика, Кучерявый.
— Здорово, крёстный!
— Привет-привет, рок-звезда.
Обмениваемся рукопожатием. Обнимаемся. Он хлопает меня по плечу.
— Тебе зашло наше выступление?
— А то!
— Ты не слышал, как он орал? — фыркает Тёмыч, глядя на отца. — Твой главный фанат, по ходу. Я думал, гланды порвёт. Перепел девчонок, стоящих в первом ряду.
Смеюсь, пожимая руку Артёму.
— Чё такого? Дайте отцу почувствовать себя снова молодым.
— Я заснял тебя на видео. Покажу матери, вот она угорит с этого.
— Чертовски приятно, что вы пришли.
— Милу как найти?
Тёмыч опять с цветами.
— Она в гримёрке. Чиж, — окликаю товарища. — Можешь пацана проводить до сеструхи?
— Да без проблем.
— Чеши дари свой букет, поклонник, — Беркут-старший взъерошивает сыну волосы на башке.
— Ну какого хрена! Ты прическу мне портишь, бать, — недовольно возмущается тот.
— Иди уже. Матери напиши, если задержаться планируешь.
— Напишу. Увидимся, Марс.
— Давай.
Провожаем взглядом его спину.
— Уже небось разорил тебя с этими цветами.
— Своё честно заработанное бабло тратит, так что пусть. Всё лучше и полезнее, чем спускать его на наркоту или бухло.
Усмехаюсь.
— Идём, Малой. Водитель ждёт нас на паркинге.
— Идём. Только не через главный выход. Там толпа.
— Веди, куда надо.
Сорок минут спустя мы с крёстным располагаемся в закрытой вип-кабинке одного хорошего заведения.
Официант первым делом приносит виски и лёд. Уже наученный.
— Слушай, с тобой стало невозможно ходить по улицам. Все тебя узнают.
— По началу было прикольно. Сейчас повышенное внимание стало напрягать, если честно.
— Куда деваться? Ваша группа мегапопулярна. Я вон вчера в офисе слышу у новой секретарши песня ваша на компе играет, говорю ей: «Вы знаете, Олеся, кто эту песню исполняет? Мой крестник!» — произносит с гордостью.
— А она что?
