— Айзек, но мы-то с тобой знаем, ты их забираешь не оттого, что они плохие, а оттого, что они невинны. Со мной ты можешь говоришь откровенно, — она показала закованные в наручники руки. — Я же у тебя в руках. Я, Сарайо — или как там ее настоящее имя?
— Да она небось и сама уже забыла. Ах, Мелинда, у тебя так хорошо получается говорить этим тоном, подбирать правильные слова. Я так тобой горжусь.
— Скажи, зачем я здесь? Для чего я тебе? Разве ты не хочешь со мной этим поделиться?
— Заманчиво. Но знаешь, у меня есть более увлекательное предложение. Ты же знаешь, как я люблю увлекательные игры. — Он подошел к Мелинде и взял за подбородок; мурашки поползли у нее по спине. — Попробуй-ка сама обо всем догадаться. Это как головоломка. Просто сложи все детальки вместе. А меня ждет маленькое приключение. Веди себя хорошо, пока меня не будет!
— Ты не останешься? Не поговоришь со мной? Или… я могу сделать все, что ты захочешь. Все. Только не уходи.
— Как это трогательно. Не обижайся, милая, но ты же знаешь: ты уже не в моем вкусе. Не то чтобы я ценил, как ты похорошела, — сказал он и снова подмигнул. — Увы, на этот вечер у меня уже есть планы.
— Они будут тебя искать! — не сдержав дрожи в голосе, сказала Мелинда. — Если выйдешь в город, попробуешь похитить еще одну девочку, можешь им попасться. Все кончится, даже не успев начаться. Не нужно, Айзек. Я буду для тебя всем, чем хочешь.
— Не бери это в свою хорошенькую головку! — ответил Макквин и послал ей воздушный поцелуй. — Я скоро вернусь, и у тебя будет компания. Ну разве не замечательно? Жаль, что так вышло с ужином, — сказал он, глянув в сторону испорченного сэндвича. — Зато научишься теперь не злить хозяйку дома. Она у меня с характером.
— Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! Подожди! — «Нет, нет, его не остановишь». — Пожалуйста, хотя бы скажи, где я. Просто скажи, это Даллас или…
— Ну естественно, Даллас. В этом-то и весь смысл. До скорого!
Он ушел, оставив свет гореть. Мелинда уронила голову на колени и испустила вопль по невинному ребенку, чью жизнь Макквин, если ему удастся, вот-вот исковеркает навсегда.
Она раскачивалась из стороны в сторону и стонала, пока наконец не освободилась от прожигавших ей горло рыданий, пока, обессилив, не свернулась калачиком на полу этой кошмарной комнаты.
Но теперь она стала ее разглядывать, осматривать место, в котором очутилась: четыре стены, пол, потолок и одно-единственное зарешеченное и закрытое защитными жалюзи окно. Даже дотянись она до него, пришлось бы еще чем-то отдирать жалюзи. Ни стола, ни стула в самой комнате не было, только брошенное в углу одеяло.
И вдоль стены четыре пары цепей с наручниками.
Макквин не собирался держать ее здесь одну.
«Боже, Боже, дай мне сил помочь тем, кого он сюда затащит, — думала она. — Помочь им спастись, найти способ выбраться. Помоги мне спасти их души и сердца. Ведь ради этого я училась. А все остальное — надо положиться на Бри. Если он не соврал и мы все еще в Далласе, есть еще шанс, неплохой шанс. Бри никогда не сдастся, не бросит меня. Она умная, способная, она не остановится, пока не найдет меня. Настоящий коп. Была такой с того самого дня, когда нас спасли».
Бри встала на этот путь в тот самый момент, когда офицер Даллас отворила дверь той ужасной комнаты в Нью-Йорке, и больше уже с него не сворачивала.
Ее девизом стало «Служить и защищать». Убитых, униженных, обманутых, растоптанных. А примером для подражания она выбрала ту, что их спасла.
«В этом вся Бри, — думала Мелинда. — Всегда ставит себе самую высокую планку. В этом весь…»
Она резко села, широко раскрыв глаза.
«Ну естественно, Даллас. В этом-то и весь смысл».
Ева Даллас?
Неужели дело было все-таки в мести?
Ева ходила взад-вперед перед доской с фотографиями, перебирая в уме факты, составляя их в закономерности, отбрасывая, меняя местами. И все время поглядывая на часы.
С момента задержания Цивета прошло не так уж много времени. Чтобы расколоть наркоторговца его уровня и опыта нужно много попотеть, нужно терпение и тонкий подход.
«Но какого хрена они до сих пор ни капли из него не выжали?»
Ева прошла в соседний кабинет, где Рорк сидел сразу за тремя компьютерами, вполголоса поругиваясь на них, стараясь отыскать тайные счета Макквина.
— Может, устроишь мне видеоконференцию с Нью-Йорком? Чтоб я голографически участвовала в допросе.
Рорк оторвался от экранов, размял плечи и, повернувшись, внимательно на нее посмотрел.
— Если ты действительно хочешь, это можно устроить.
— Я смогу на него сильнее надавить. Может, отыщу у него еще какое-нибудь слабое место.
Рорк, ничего не отвечая, продолжил ее разглядывать.
— И испорчу им весь настрой, — добавила Ева. — Запорю им работу и сшибу самомнение с Пибоди. Да, я понимаю, что ты это тоже понимаешь. Просто сидеть тут, ждать, это…
— Трудно. Ждать всегда трудно, это разочаровывает, даже если знаешь, что так нужно. Наверное, оттого, что знаешь, даже еще труднее.
«Да, он все понимает, — подумала Ева. — Близкие копов как никто знают, что значит ждать».
— Тебя это тоже из себя выводит?
— Случается, что не на шутку.
