— Вуди, проходи, пожалуйста, в гостиную, — сохраняя спокойствие, произнесла девушка. Вуди прошел мимо меня, задев небрежно плечом, будто это должно было быть очень круто. — Фредерик, я совершенно обо всем забыла. Это касается выборов, и ты знаешь, как это для меня важно. Вуди когда-то общался с Джорджиной, и поможет мне разработать более эффективную стратегию… — она говорила шепотом, и тон её был умоляющим.
— Я мог бы остаться с вами. Что в этом такого? — возразил я. Джо тяжело вздохнула, закатив глаза. Конечно же, этот придурок ей всё ещё нравился.
— Я не хотела быть грубой, но, Фредерик, уходи немедленно! — она начала толкать меня к выходу, но её сил было недостаточно, чтобы сдвинуть меня хоть немного с места. — Уходи же!
— Он же бросил тебя, разве ты не помнишь? Вдруг это всё какая-то подстава? — я никак не унимался.
— Это в прошлом. Я давно простила его за это. Пожалуйста, уходи, — девушка оставила попытки вытолкать меня за двери, а потому принялась терроризировать щенячьим взглядом. И, чёрт, знала ведь, что это сработает.
— Не стоит тогда в следующий раз приходить ко мне с крокодильими слезами и плакать на моем плече, вопя о том, как жестоко с тобой обошлись, — сгоряча бросил я и поспешил убраться, без лишнего промедления обувшись и схватив куртку, которую надел лишь оказавшись на улице.
Мне не стоило этого говорить. И понял я это лишь тогда, когда всю последующую неделю от Джо не было никаких вестей.
***
Джонни пригласил меня на субботнее барбекю, куда я позволил себе опоздать. Я не был уверен, что Лив была рада тому, что единственным человеком в городе, с которым её муж был в более или менее сносных дружеских отношениях был шестнадцатилетний парень, живущий по соседству. Я даже не был уверен в том, что она знала о том, что Джонни пригласил меня, хоть и её отношение ко мне было куда приятнее того, как она относилась к собственному мужу. Это могло бы вызвать подозрение, если бы я не знал Джонни. И всё же загадкой оставалось то, почему женщина всё ещё не осмелилась подать на развод. Джонни не выглядел, как проблемный парень, с которым дело бы затянулось на долгие годы судебных разбирательств и скандалов. Несколько жалких попыток уговорить её остаться, а затем отчаяние и смирение с положением дел. Должна же быть и девушка, которая бы приняла его таким, каким он был. Для меня, по крайней мере, такая нашлась.
Едва не впервые ли я почувствовал себя взрослым, будучи приглашенным на подобного рода мероприятие. Меня-то сверстники не приглашали ни на шумные вечеринки, откуда бы не выгнали, не различив в суете, ни на тихие посиделки, куда бы с отчаяния мог заявиться лишь я один, ни на прогулки, ни в поездки. Я привык быть одиночкой, хоть и в последнее время без особого энтузиазма избегал этой участи.
Раньше у меня ведь был один лишь Найджел, который едва подходил под описание «друга», и того приходилось терпеть. Почему-то я полагал, что без него мне было бы лучше, хоть и иногда скучал по тому, что он был у меня одним, и я не прилагал больших усилий, чтобы поддерживать эту дружбу. Я терпел Найджела, а теперь круг людей, что никогда не должны были заменять его, премного расширился. Моя зона комфорта стала проходимым двором, куда совали нос все, кому не лень. Ребята из группы организовывали репетиции в моем подвале, куда я иногда спускался, чтобы провести с ними время. Я встречал их в школе и иногда даже обменивался парой-тройкой слов, первым спрашивая о расположении дел. Джо принимала меня у себя дома почти каждые выходные. Когда мы не ссорились, то даже находили время для ночных переписок, что особенно мне грели душу. И, конечно же, куда без Дженны, что намеревалась пустить в моей жизни корни, став во многом для меня первом, но точно уж не первой настоящей любовью, которой, похоже, являлся для неё я.
Я понял, что опоздал, когда почувствовал запах жареного мяса с заднего двора, что витал в воздухе, будоража вкусовые рецепторы. Не став дожидаться особого приглашения, последовал на задний двор, где встретил лишь незнакомого мужчину, который со спины мало напоминал низкого и полного Джонни, являясь скорее его полной противоположностью. Он стоял у гриля и занимался приготовлениями, когда моё появление его, похоже, отвлекло.
— Простите, а где… — я умолк, когда мужчина обернулся, и я узнал в его лице того, с кем ненарочно застал Лив. Она изменяла Джонни с ним. Я видел их вместе и не мог спутать его с кем-то другим. Я намеревался рассказать обо всем Джонни, но забыл об этом, когда стал искать связи между ним и мистером Греем. Прямых путей было мало.
Он стоял достаточно близко, чтобы в этот раз я мог рассмотреть его внимательнее. Его лицо показалось мне знакомым и вовсе не потому, что я мельком видел его ранее, а потому что похожее лицо было у другого человека. И я встряхнул головой, прогоняя его образ. Это уж точно напоминало безумие. Панические голоса в голове оглушались спокойным и размеренным «Ты сходишь с ума. Перестань думать об этом. Это уже не важно». И я стал замечать всё больше отличий, обвиняя рассудок в его горячности.
