Но для начала – отомстить девушке, что бросила его. Он бы внушил ей шагнуть с моста – она ведь так боялась воды и плавать не умела.
Однако эксперимент провалился. Тело медленно умирало, не принимая такие дозы электричества. Его проводимость оказалась слишком низкой. Мозг разрушался. Кровотечения усиливались.
Уилл знал, что умрёт. Времени почти не оставалось, но доктор Николс обещал, что найдет способ. Что ключ в ней, в этой рыжей Авроре. Что нужно только привести её к нему, и уж тогда…
Доктор был прав. Все хотят жить.
И девушка та всё ещё живая ходит…
- Что ж не внушишь? – спросила Ава. – Вроде и время свободное появилось.
- Да как-то руки не доходят, - хмыкнул парень. – Почему ты никак не умрёшь?
- А я тебе мешаю? – Аврора на болтовню отвлекалась постольку-поскольку, сосредоточенно пытаясь подняться на дрожащие ноги. – Если я умру, ты умрёшь вслед за мной. А вот если я выживу, то…
План вранья созрел мгновенно. Хотя, если всё выйдет, это будет не враньё.
- То что? – Уилл придвинулся к решетке, стараясь делать вид, что ему плевать.
- То, возможно, Старк тебе поможет. – Ноги дрожали и колени всё время норовили подогнуться, но стена была надёжной опорой, и Ава продолжала. – Он очень привязан ко мне, ты сам видел. Даже реактор, как у себя, сделал. Если ты поможешь, то он будет благодарен.
Уилла сюда послали, чтобы он её просканировал. Как она. Какие мысли катает в голове. Может, что-то и про Старка будет с его блокатором?
«Мой мальчик, если мы раскусим этот орех, то я вылечу тебя! Ты будешь жить!»
Но Уилл уже даже стоял с заметным трудом, а Дереку Николсу было далеко до гения Тони Старка, который на коленке собрал первый железный костюм и на одном вдохновении открыл новый химический элемент.
- Ты обмозгуй, - дружески предложила она, медленно передвигаясь мимо решетки, за которую хваталась побелевшими пальцами. – Но только побыстрее. Судя по их энтузиазму, мне тоже недолго осталось.
«Готовься», - мысленно сказал Уилл, уходя.
Доктор был прав. Все хотят жить. И у него появился шанс.
- Продолжим… – проговорила девушка лампочке в углу. Та внимала. – Есть Питер, он… А кто такой Питер?
***
Её оставили в покое на два дня. За это время она успела заново научиться ходить, не быстро, но и не шаркать, как бабушка. И вспомнить все события и всех людей в своей жизни.
Особенно Питера.
На нем стояла метка. Но эта хрень была односторонней. Только Ава его слышала – его злость, ужас, переживание. Питер не находил себе места, уставал и почти не спал.
Он искал её.
Это хорошо, потому что тот самый гость, который «специализируется на уродах», приехал. Ради него ей даже сменили рубашку на новую, в незабудочку, и она неприятно резала белизной слезящиеся глаза, привыкшие к постоянному полумраку.
Такое без всяких незабудок не забудешь.
Только лишь глянув на этого человека, Аврора поняла, что именно он её и убьёт. Потому что ему плевать на самого человека, его интересуют только его опыты. Процессы – не результаты.
Потому что она будет не первой, чью жизнь и личность он уничтожит.
Старику было хорошо так за семьдесят, он говорил с непонятным акцентом, держался уверенно и не отводил глаз, когда встречался с ней взглядом, как делали другие доктора. Она была для него такой же лабораторной крысой, как и обычные крысы для учёных, изучающих рак.
Но крыски хотя бы милые, а эта…
Мать твою, изувер-женоненавистник! Ну, Ава, ты как всегда! Полный комплект!
- Мне невероятных трудов стоило сюда добраться, но я рад, что в кругу таких выдающихся умов смогу продемонстрировать феноменальную мощь Гидры!
Вот уж действительно – феноменально.
Феноменальный звездец.
Доктора в белых халатах взволнованно зашушукались, точно школьницы перед капитаном футбольной команды. Всё это больше и больше походило на дурдом.
Пока старик распаковывал чемодан, поданный каким-то почтительным мужиком-техником, Аврора потянулась к его мыслям.
Дважды мать твою. Тесен мир, ядрён батон.
Вот, что за акцент. Русский. Терёхин Владимир Никола-куда-то-там. Ведущий учёный, курирующий проект «Зимний солдат».
В его воспоминаниях мелькали вычисления и графики, сколько держать бедолагу в морозильнике, чтобы не превратить его в овощ, и сколько вольт подавать через приборы, чтобы уничтожить все воспоминания.
Сколько секунд длятся паузы между словами кода, чтобы превратить живого человека в послушную марионетку без желаний и чувств.
Ава увлеклась и добралась до момента, когда Терёхин наблюдал за активацией. Мужчина с металлической рукой, как и она недавно, кричал и хрипел, а когда стал различать слова кода, постепенно терял все эмоции на лице, мимические мышцы на котором иногда судорожно подергивались.
- Доброе утро, Солдат.
- Я жду приказаний…
- …Шваль!
Щёку обожгло огнём, изнутри в рот брызнула кровь.
- Кто разрешал копаться в моих мыслях?! – аж взвизгнул от бешенства доктор.
О-о-о, да тут кто-то ссыт кипятком… Занятно.
