— Бей! — внезапно заорал Грюнвард-хёвдинг, когда расстояние сократилось почти вдвое. Лучники вскочили со своих мест, где изображали беззаботно отдыхающих и начали отправлять в надвигающуюся цель стрелу за стрелой. Остальные прикрывали их щитами. На вражеском драккаре поднялась суета. Люди похватали щиты, несколько вёсел вывалилось их люков м теперь плыло рядом с кораблём. Ответная стрельба была не слишком результативной. Если кого и задело, то явно не насмерть и из будущего боя не вывело. Наши успели зацепить с два десятка. Кого-то серьёзно, кого-то слегка.
А потом они до нас добрались. На сорок частью израненных бойцов набросились шесть десятков, частью израненных и обгорелых. Получилась очень яростная, но не очень активная в массе своей заруба. Мой первый большой бой. Через борт, напротив меня прыгает здоровенный дядька, замахиваясь топором. Берсерк, наверное. Принимаю его на копьё, уперев его пяткой в какой-то выступ. Копьё ломается, а у дядьки наконечник из спины выходит. Не спасла даже куртка с металлическими пластинами. Принимаю удар меча на шит слева и бью противника справа. Тот, занятый Хальгримом такого не ожидал!
— Эй, это мой был! — Возмущается парень.
Отбиваю следующий удар.
— Бей ближнего. Здесь не хольмганг.
Закрываюсь щитом, приседаю, пропуская удар над собой и подсекаю противнику ноги мечом. Бью его, падающего, щитом в щит и выталкиваю на вражеский драккар. Он, падая сбивает с ног ещё двоих. Один из них валится на спину на родной корабль, а вот второму не повезло. Он падает ничком, головой в нашу сторону и уже не встаёт. Трудно встать без головы. Палуба мокрая и скользкая. Рукоять меча скользкая и мокрая. Привязать бы меч шнурком к руке, чтобы не упустить, да нет времени. Наседают со всех сторон.
— Рю, берегись!
Поздно. Здоровый викинг бьёт меня щитом в щит, как я сделал недавно и я лечу. Я сильный, я очень сильный. Но, лёгкий. И лечу я очень неудачно, на вражеский драккар. Бьюсь об палубу, ухожу на кувырок по проходу, в то место, куда я упал втыкается копьё. Кручусь на коленях, подняв щит над головой и очерчивая мечом круг "
А парни оказались очень толковыми и идею зашиты не только себя, но соседа поняли очень быстро. Ты удар отбиваешь, а твой товарищ в это время рубит того, что рубит тебя. Такая техника оказалась в новинку нашим неприятелям. Будь их больше, они бы, может, и адаптировались, но охрана драккара кончилась быстрее, чем выработала способы противодействия. После чего мы обрезали верёвки, удерживающие два корабля и оттолкнулись от нашего драккара. И начали через расширяющийся пролив стрелять в спины нападавшим из их же луков, подобранных нами на палубе. Несколько вражеских хирдманов увидели столь дерзкий угон их собственности и попытались перепрыгнуть на родной корабль. Но, как оказалось, хоть стрелы и оперённые, но совершенно не способствуют полёту, даже если их в теле торчит несколько штук. Так что, наша коварная атака привела к тому, что нападающие вскорости закончились. С нашей стороны было шесть погибших и двенадцать раненых. Трое из них — тяжело. У остальных был шанс выкарабкаться, даже несмотря на лечение.
Мы собрали множество мечей, копий, ножей и топоров. И среди них было немало изукрашенных чеканкой и серебром. На корабле старшего брата нашёлся сундучок с серебром. Так же, немало серебряных украшений мы сняли с убитых врагов. Шейные украшения, браслеты, кольца и цепи пополнили запас серебра. Взяли, также пять кольчуг. А железных шлемов было столько, что хватило на всех и даже осталось.
Долго думали, что делать с драккарами. Продавать было жалко, но у Грюнварда-хёвдинга просто не было трёх корабельных домов. А без них они сгниют за зиму. Кроме того, наш хёвдинг не был ещё столь популярным чтобы набрать хирдманов на три драккара. В этом году ему едва удалось кабрать хирд на один драккар. Так что, скрепя сердце и скрипя зубами их было решено продать. После чего разгорелся спор где лучше продавать корабли, в Бирке, Упсалле, Хедебю или Рибе?
Спор был жаркий и долгий. В результате, пошли в Хедебю. Потому что ближе.
В полукруглую гавань Хедебю, защищённую частоколом от волн, мы пришли на третий день пути к полудню. Пришвартовали наши три драккара а стороне от купеческих кнорров, чтобы чего худого про нас не подумали. После чего Грюнвард-хёвдинг убыл с визитом вежливости к Хорику Гудфредсону, конунгу данов. Я посмотрел ему в след и немоя мысль проскочила у меня в голове, "
