Девушка со щелчком включила электрический чайник и удалилась в раздевалку напротив. Как раз к тому времени, когда вода закипела, она вернулась и вручила Рою зеленый халат, синие бахилы, респиратор и белые латексные перчатки.
Пока он одевался, Клио приготовила ему чай и открыла жестяную коробку с диетическим печеньем. Грейс принялся грызть печенюшку и поинтересовался:
– Значит, ты здесь одна-одинешенька целую неделю? Не ошалела еще? И поговорить ведь не с кем.
– Да я постоянно занята – на этой неделе к нам десять человек привезли. Собирались прислать кого-нибудь на помощь из истборнского морга, но у них тоже напряженка началась. Наверное, с последней неделей мая что-то не так.
Рой через голову натянул резинку респиратора и оставил его болтаться под подбородком – парни погибли относительно недавно и, как подсказывал ему опыт, не должны были вонять слишком мерзко.
– К тебе приходили родственники всех четверых погибших?
Клио кивнула и спросила:
– А тот, что пропал, – жених – еще не нашелся?
– Я только что со свадьбы.
– А я-то удивляюсь, что это ты вдруг в субботу так вырядился, – улыбнулась женщина. – Значит, хотя бы этот случай сам собой разрешился?
– Нет. Поэтому я и здесь.
Мори удивленно вскинула брови, однако от комментариев воздержалась. И лишь уточнила:
– Ты хочешь посмотреть что-то конкретное? Я могу сделать тебе копии заключений патологоанатомов для коронера.
– С чего мы начнем вместе с Джо, так это с их ногтей.
По бетонному полу в крапинку они гуськом проследовали друг за другом: впереди Клио, за ней Грейс, созерцающий пряди ее светлых волос, покачивающиеся над воротником зеленого халата, и последним шел Джо Тиндалл, натягивающий на ходу перчатки, – мимо смотрового окна герметизированного инфекционного бокса в главный секционный зал.
Основную обстановку этого помещения составляли два стальных стола – один приваренный к полу, а другой на колесиках, – синий гидравлический подъемник и ряд холодильников с дверьми во всю высоту зала. Стены здесь были облицованы серым кафелем, и по всему периметру секционной тянулся дренажный водосток. На одной стене было установлено несколько раковин из нержавейки, под ними лежал скрученный спиралью желтый шланг. У другой стены стоял широкий рабочий стол с металлической разделочной доской и застекленным шкафчиком, наполненным инструментами и несколькими упаковками батареек «Дюрасел». Рядом со шкафчиком лежала таблица, в графы которой заносились имена поступающих на вскрытие покойников и вес их органов: мозга, легких, сердца, печени, почек и селезенки. Последним в списке, составленном синим химическим карандашом, значился некий Эдриан Пенни.
Заметив интерес Грейса, Клио жизнерадостно сообщила:
– Мотоциклист, вчера вскрытие делали. Обгонял грузовик и не заметил торчавший из борта стальной брус. Бедолаге голову как ножом срезало.
– Как, черт побери, ты до сих пор еще не свихнулась? – поразился Рой.
– А с чего ты взял, что я не свихнулась? – усмехнулась девушка.
– Нет, серьезно, я вообще не представляю, как можно здесь работать, постоянно среди покойников.
– Зло причиняют не мертвые, а живые, Рой.
– Согласен.
Грейсу хотелось бы выяснить, как Клио относится к призракам, однако время для расспросов представлялось неподходящим.
В зале ощущался холод. Холодильники размеренно гудели, над головой пощелкивала одна из флуоресцентных ламп, – очевидно, барахлил дроссель.
– Ты хотел бы начать с кого-то конкретного?
– Да без разницы, надо их всех посмотреть.
Мори подошла к двери холодильной камеры с номером 4 и распахнула ее. Изнутри хлынула волна ледяного воздуха. Рой содрогнулся, однако отнюдь не из-за холода, а потому что увидел прикрытые полиэтиленом человеческие останки, проступающие из-под белой пленки на каждом из четырех поддонов, выехавших оттуда на роликах.
Переместив подъемник к холодильнику, Клио подняла его платформу, вытянула на нее верхний поддон и закрыла дверь. Затем отдернула покрывало, под которым оказалось тело толстого белого мужчины с прямыми волосами. Туловище и восковое лицо были покрыты синяками и рваными ранами, широко раскрытые глаза даже в своей стеклянной неподвижности выражали потрясение. Подобно грызуну, пребывающему в спячке, на густых лобковых волосах беспомощно лежал сморщенный и обмякший половой член. Грейс взглянул на желтоватую бирку, привязанную к большому пальцу ноги: «Роберт Хулигэн».
Затем полицейский осмотрел кисти молодого мужчины. Крупные и грубые, с черной грязью под ногтями.
– Их одежда вся здесь?
– Да.
– Хорошо. – Грейс попросил Тиндалла взять образцы грязи.
Судмедэксперт выбрал в шкафчике острый инструмент и попросил у Клио пакетик для образцов, в который затем аккуратно соскреб грязь из-под каждого ногтя. По окончании процедуры он запечатал пакет и снабдил его ярлыком.
