Выбрал левую дорогу, она казалась более заезженной, и менее похожей на частную. Проскочил несколько крупных домов, построенных рядом друг с другом, то ли ферма, то ли производство мелкое, не разобрать, тут их немало. Показалось даже, что во дворе увидел людей, но проверять точно не буду. Дальше дорога сразу пошла по лесу чуть вниз, рядом увязался мелкий красивый ручей, в небе показалось солнце, так что даже вдруг захотелось остановится и осмотреться. Притормозил осторожно, движок не глушить, ручник. Приоткрыл дверь, прислушался. Птички поют, никого вокруг, красота. Поставил пистолет на предохранитель, засунул в кобуру. Проверил автомат, его тоже на предохранитель, и положить дулом от себя на соседнее сидение, чтобы если что было удобнее схватить. С прикладом автомат сильно длинный, чтобы лежать поперек, потому приклад пришлось сложить, утопив большую кнопку у основания. Вот, теперь покороче и поудобнее. Ладно, километров десять до перекрестка с четырнадцатой дорогой, по ней ещё буквально два километра, и Арн. Где там искать и что там искать – разберусь на месте. Если там люди, то должны оставить более очевидные знаки. Много психов там не ожидаю, уж больно в стороне от основной дороги. Правда, куда и почему психи двигались тогда той толпой мимо нашего военного лагеря, я так и не понял. И ни одной толковой догадки, сколько не ломал голову.
А вот сегодняшнее поведение напавших на меня товарищей удивило чуть больше, чем очень. Нет, я уже видел проявления осторожности и разумности у психов, но вот так, говорить, причем говорить толково и со смыслом… Я раньше психов чуть ли не зверями считал, а теперь получается что не совсем так. Как он там сказал? Не все такие? Окей, значит действие заражения все же выборочное, и опять-таки его дозировка от чего-то зависит. От чего зависит? Непонятно. На меня вот, например, не влияет. Кого-то получается сносит с катушек полностью, а кого-то не полностью. Интересное кино. “Как мясо, как оружие”, сказал тот, раненый. Значит ли это, что совсем заразившимися можно управлять или направлять их? Если это так, то это невероятный козырь тех, кто управляет. Правда, это ещё все доказать надо, пока лишь догадки, но догадки видятся мне достаточно логичными. Надо будет ещё проверить, конечно. Отдохнул, поехали уже.
Есть хочется солидно вполне, мысли о еде потихоньку вытесняют все остальные. Надеюсь, что в Арне найду всё: и еду, и жену. Тогда встанет вопрос “что делать дальше”, но вдвоем мы этот вопрос решим на раз-два. Вообще же, надо будет начать думать о том, как жить дальше. Оседать где-то тут, в горах? Найти заброшенный домик и превратить его в крепость? В наш город я точно не вернусь, в большие города меня сейчас не тянет. Есть ещё вариант объединиться с другими выжившими, да хоть с теми, на шевроле. Вместе вроде надежнее, опять же обязанности можно распределить. Хотя, конечно, во многом все зависит от степени адекватности тех, с кем ты объединяешься.
Вернулся в машину, пристегнул ремень за спиной, заглушив противное блямканье сигнала, тронулся с места. За несколько километров до Арна дорога вдруг вынырнула из леса, и оказалось, что я еду по дну неглубокого ущелья. Вокруг красивые горы, с поросшими лесом склонами и даже местами серьезными вершинами, а я еду один по совершенно пустой дороге, просматриваемой со всех сторон. Как будто голышом в центра базара, честное слово. Свернуть? Да некуда особенно, до Арна уже должно быть несколько километров. Дорога стала постепенно забирать вверх, оставаясь такой же пустынной и открытой. Так и доехал до перекрестка с четырнадцатой дорогой, которую даже в бурных фантазиях нельзя было назвать шоссе. Правда, почти сразу за перекрестком виднелся большой крестьянский дом, весело окрашенный в белые и розовые цвета, с традиционными для Тироля перекрестиями из темно-коричневых досок на фасаде. На окнах цветочные горшки, но пустые: по-видимому ещё не время для цветов. Домик, как и половина домов тут, служил одновременно гостиницей и рестораном, о чем недвусмысленно сообщали крупные надписи на стене. Там же, прямо под надписями, я увидел большой фанерный щит, судя по всему кусок придорожного биллборда, снятый и перевернутый рекламой к стене. На его чистой стороне краской было достаточно аккуратно и крупно выведено “Арн, 2 км. Временный лагерь для выживших”. И стрелка налево, в сторону Арна. Вот так вот, здравствуйте! Это именно мое направление, и именно то, что нужно.
