– Нет, – Грюнер покачал головой – на этот лагерь напали бандиты. Обычные, наверное. С оружием, на машинах. Устроили тут что-то типа облавы, по видимому.
– Зачем?? – у меня внутри разом оборвались все надежды, и упали вниз, в глубокую пропасть.
– За припасами, за ценностями. Возможно, за оружием. – пожал плечами Грюнер. – Зачем мародеры мародерствуют? Чтобы увеличить продолжительность своей жизни, порой путем резкого укорочения чужой жизни.
– Вы их застали?
– Нет, мы приехали уже позже. Но следы оставались красноречивые.
Выяснилось, что Грюнер с остатками своего отряда, уходя от толпы психов добрался до двойки, и свернул с нее именно там же, где и я. Только уехали они по правой дороге на развилке, которая через пару километров их привела реально к частному дому, сейчас заброшенному. Психи отстали разумеется на двойке, и Грюнер не знает, куда они дальше пошли. Машины с людьми прождали у дома до утра, постоянно в боевой готовности, бойцы не выпускали оружия из рук. Потом поехали уже по другой, левой дороге, и увидели тот же самый плакат, что и я. Кроме того, они мониторили радиоэфир, и слышали ещё до этого дня призывы приезжать в Арн. Въехав в город, они прежде всего заметили несколько трупов на дороге.
Остановившись и рассредоточившись, они нашли ещё несколько убитых – именно убитых, с огнестрельными ранами. Живых не нашли ни одного. Городок был вовсе крохотный, не более двадцати домов, лагерь пытались организовать в двух больших домах – отельчиках в самом центре поселка, метров пятьдесят вперед по улице. Всего насчитали одиннадцать убитых, но на стоянке у импровизированного лагеря так же увидели следы быстро, с проворотом колес, отъезжавших как минимум нескольких машин. Может и бандиты, гнались за сбежавшими от бойни, а может кому и вправду удалось убежать. Людей у Грюнера изначально было немного, а после атаки в лесу осталось сильно меньше. Сколько точно он конечно не говорил, но много быть не могло. Вот такие вот “спасатели”, самих теперь их спасать нужно. Правда, группа его военная, солдаты уже бывалые, и приказы слышат и воспринимают. Да и как командир Грюнер явно толковый, пытается сам выжить и людей спасти. Я видел, что гибель такого количества его ребят в лесу далась ему тяжело, и мои слова о той бойне упали на очень больную мозоль. Порасспрашивал его про жену и шевроле с трейлером – нет, он ничего такого не видел, но и не искал специально, разумеется.
– Что дальше собираетесь делать? У вас есть связь с командованием, с армией?
– У нас есть приемник. Связь… была. Но не в течении последних нескольких дней.
– Я всё понимаю про конфиденциальную информацию, но хотя бы намекните мне – вы тут останетесь, или дальше пойдете? Мне жену искать. Может быть, нам по пути.
– Сегодня мы точно здесь. А завтра будет видно, мне ещё подумать надо. Пока же есть информация, что существуют официальные лагеря беженцев, не такие, как тут. По большей части на территории военных баз, там было по понятным причинам проще порядок наводить. В Австрии наших баз нет, но сигналы оттуда поступали.
– Откуда именно? Это же не секрет, если это лагеря беженцев?
– Не секрет. У нас был несколько раз радиоконтакт с базой около Блуденца. Говорили, что там лагерь на несколько тысяч человек, и каждый день растет.
– А с Германией есть радиосвязь?
– Нет, оттуда пока ничего. Мы слушаем постоянно, но пока ничего.
– Спутники?
– Мертвы. Такое ощущение, что все спутники как на Землю свалились, причем в самый первый день.
– Я вас понял. Мне нужно пойти осмотреться, надо понять, куда могла уйти моя жена. Среди убитых… есть женщины?
– Вроде есть. Вы посмотрите сами.
– Хорошо. Я могу быть вам сейчас как-то полезен?
– Не знаю. Подумаю. Возможно. Пока, если будете смотреть на погибших, можете помочь Антону захоронить их. Работа конечно не самая лучшая, но сделать ее надо.
– Сделаю. И еще одно – вы хоть раз видели, чтобы психи нападали с оружием в руках?
– Нет. Не припомню такого. Они нападают остервенело, да, но с оружием… А что, были случаи? – Грюнер явно заинтересовался.
– Были. Потом расскажу, как-нибудь.
На том и разошлись. Значит, теперь ещё и бандиты. Так-то психов на всех видимо не хватало. А впрочем, такой поворот сюжета укладывается в любые рамки крупной катастрофы – ситуации, когда много людей и имущества остаются без контроля и защиты, а армия и полиция пытаются спасти себя, должны провоцировать мародерство и грабежи. Те, кто считает себя сильнее, будут отжимать ресурсы у тех, кто слабее – вроде естественного отбора, наверное. А тут ещё эта новая для меня категория “умеренных психов”, как их вообще назвать-то… Насколько они кстати могут быть умеренными? Если у них будет доступ к стрелковому оружию, то воспользуются ли они им? По всему выходит, что да. По крайней мере ножом они пользуются охотно. Нет, пока не буду выдавать свои теории Грюнеру целиком, судя по всему он о таких способностях психов знает не больше меня.
