Ей очень захотелось взять что-то тяжелое и врезать инкубу между глаз.
– Я знаю, что на него покушались. Ним мне рассказал.
– Ним? А, тот ушастый приблуда. Цыпочка, последнее, что тебе нужно делать, – соваться к Крэйлу. Он взрослый мальчик, сам как-нибудь справится. Это обычные разборки между старыми врагами, привычная возня. А если одна простокровка вздумает совать туда свой любопытный носик, то его отхватят вместе с головой.
– Но ведь есть Равновесие и догматы.
Эашу сладко потянулся, встал и вплотную подошел к ней.
– Равновесие – это мыльный пузырь, цыпочка. Он большой и цветной и всем нравится, но это всего лишь пузырь. Рано или поздно он лопнет. Вопрос, в чьих руках будет игла. Ты думаешь, что Эльхайм и Дра’Мор натаскивают своих студентов стеречь эту мыльную фикцию? Нет, цыпочка, – он стоял так близко, что запах табака окутал ее лицо, – они готовят армии.
Нет, нет и тысячу раз нет! Слишком много информации и событий для одного дня.
– Спасибо, что не отказал.
К двери Марори брела как в воду опущенная. В каком мире она живет? Где она вообще живет, раз не видит того, что творится под самым носом. После откровений инкуба померкли даже воспоминания о скользкой тени.
– Цыпочка, мы не закончили, – остановил Эашу, когда она собиралась переступить порог. – Я хочу что-то взамен.
Она не рискнула поворачиваться, так и стояла спиной. Он не был бы инкубом, если бы не потребовал плату. И как бы ни хотелось надеяться на обратное, это было закономерным развитием событий.
– Я не буду с тобой спасть. – Всего несколько слов, но она с трудом их произнесла. – Если ты хочешь этого, то.
– Видишь ли, цыпочка, я ведь не зря говорил про статус. Для меня это не пустой звук. В Дра’Море я не единственный инкуб, который слышит твою целомудренность. Стало быть, мне придется не просто тебя прикрыть, но и придумать убедительную историю, почему ты до сих пор осталась с тем, с чем тебе после ночи со мной оставаться не положено.
Светлые, он это серьезно? Весь Дра’Мор будет обсуждать ее девственность?!
– Так что я весь в ожидании твоих предложений.
– Я не знаю, чем могу быть тебе полезна. У меня пять рабочих дней в неделю и так будет до конца месяца, и еще я наверстываю за два года, и у меня нет денег.
– Кажется, я уже говорил, что деньги меня интересуют в последнюю очередь. Да, говорил.
– Я, правда, не знаю, что предложить, кроме своей благодарности.
– Посмотри на меня. Не люблю разговаривать со спиной, даже если это спина моей цыпочки-недотроги.
Она подчинилась.
– Я хочу, чтобы ты на меня поработала, цыпочка.
Это было последним в списке возможных требований. Должно быть, ее удивление оказалось слишком явным, потому что инкуб разразился смехом.
– Ничего криминального и порочащего тебя, цыпочка.
– Эашу, я бы с радостью, но пять дней в неделю.
– Я слышал, цыпочка. Можешь считать мою работу фрилансом. Без отрыва от повседневных дел.
– Боюсь спросить, что это, – призналась она, чем заслужила новую порцию хохота.
– Будешь моей подружкой.
Подружкой? Он что – серьезно?! Марори с трудом представляла их парой. Мелкая, совершенно не эффектная, она, простокровка, над которой даже стены посмеиваются, рядом с этим змеем-искусителем в человеческом обличии. Да и сам Эашу неоднократно говорил о статусе и прочих вещах, в которые «подружка» ну никак не вписывается.
– Это розыгрыш? Какой-то трюк? Уловка?
– Я похож на клоуна? – Он снова изобразил трагедию.
Марори икнулось нервным смешком. Нет, попытки совратить ее были вполне понятными и логичными, учитывая его природу и то, что им приходилось сталкиваться по сто раз на дню. Но за все это время Эашу ни разу даже не намекнул, что у него есть и другие планы помимо триумфального совращения простокровки.
– Видишь ли, пока ты тут от меня бегаешь, вокруг нашей возни образовалось целое движение.
– Движение?
«Нашей возни?»
– Ну, что-то вроде тотализатора, – нехотя признался он. – Ставки, гонки и все такое.
– Я знаю, что такое тотализатор. Но понятия не имею, при чем тут я и каким образом это относится к твоему предложению. Хотя, раз уж зашел разговор, то самым непосредственным?
– Ты моя проницательная цыпочка. В общем, я решил немного подзаработать на всем этом. Не люблю, когда откровенная и халявная выгода плывет в чужие руки.
Он достал новую сигарету, закурил. Марори пристроилась на стул. Несмотря на заверения Эашу, поближе к двери. На всякий случай.
– Пока половина ставила на то, что ты через неделю окажешься в моей постели, другая половина ставила против меня. А я тем временем позаботился о том, чтобы ставки постепенно и незаметно возрастали. Я мастер в таких делах, во мне умер великий шулер. Но игра – такое дело, где накал нельзя держать слишком долго, потому что терпение участников лопнет. Признаться, я как раз размышлял над тем, как бы поскорее затащить тебя в койку, и тут ты сама вваливаешься в мою комнату, вся такая несчастная, да еще и с этим дурацким шрамом. Ну, я же не чудовище какое, в конце концов, чтобы воспользоваться тобой в такой момент.
– И на том спасибо, – отозвалась она.
