— Да, я понимаю. — Линнар присел на корточки, набрал в сложенные лодочкой ладони немного воды и медленно-медленно вылил, наблюдая, как прозрачная жидкость утекает сквозь пальцы.
— Вода податливая и гибка, но что может быть страшнее шторма? — прошептал он.
Они немного помолчали.
— Я хочу извиниться, — тихо проговорил Линнар. — Я самонадеянно ринулся перекраивать ваши веками устоявшиеся законы и так глупо попался в лапы бандитов.
— Я тоже хороша, — резко бросила Бардис. — Мне следовало предупредить тебя о подавляющих магию оковах. Глупо было с моей стороны устраивать тебе такие встряски. Глупо и недостойно.
Линнар ошарашено уставился на жену. Бардис признала свою ошибку? Бардис? Да быстрее небо упадет на землю. Линнар едва удержался от того, чтобы не потрогать ее лоб и не спросить, хорошо ли она себя чувствует.
— Нет-нет, во всем виновато мое упрямство, — пробормотал он, вымучено улыбнулся. — Из-за меня у тебя одни проблемы.
Бардис коротко хохотнула.
— Да уж, никак не ожидала, что изнеженный хоралитский принц принесет столько головной боли. Тебе когда-нибудь говорили, что ты настоящая заноза? Ты упрямый, как… как… как я!
Они рассмеялись в унисон, и веселое эхо переливами разлетелось по пещере. Но когда смолкли последние отголоски, Бардис взглянула на Линнара неожиданно серьезно.
— Ты оказался совсем не таким, как я ожидала. Ты не жаловался, не рвался домой к папочке. Я думала, ты попытаешься вести у нас привычную тебе жизнь, окружишь себя роскошью и негой, начнешь требовать развлечений. Или будешь изображать великого страдальца. Но ты попытался что-то делать, что-то менять, ты не сидел на месте. Ты не побоялся высказывать свое мнение и настаивать. Хотя ты наделал глупостей, однако сама попытка деятельности заслуживает уважения. Я тебя недооценила, совершила банальную ошибку молодого, только что поставленного во главе дружины хортуга: судила по внешнему виду.
«Сегодня определенно день неожиданностей».
Линнар не знал, что и сказать. Привычный к манере хоралитских дворян плести словесные кружева, уходить от темы и прятать правду, он растерялся от таких прямых слов Бардис. Она говорила спокойно и уверенно, с достоинством признавая, что была не права. Линнара охватил такой восторг, что он едва не пустился в пляс на месте. Все это время он не осознавал, как на самом деле хочет добиться ее одобрения. Он вдруг понял, что еще никто, даже любимый учитель Нотефель не говорил о нем так.
Бардис положила руку Линнару на плечо. Пожатие было крепким и ободряющим.
— Знаешь, когда тебя похитили, я действительно волновалась, — тихо проговорила она. — И не только потому, что если бы с тобой что-то случилось, мать скормила бы мои внутренности морскому демону.
Линнар не смог сдержать улыбку.
— Хоралитская дама упала бы в обморок от такой фразы. Я очень рад, что ты не хоралитская дама.
Бардис фыркнула.
— Не удивительно, что ваши дамы тебе не нравятся, ты мало похож на хоралита, какими мы их представляем. Ты силен, хоть и не в том смысле, в каком мы привыкли. Ты воин на своем особом поле брани. Думаю, из тебя получится хороший король. Если ты не доведешь меня когда-нибудь до белого каления, и я тебя не пришибу.
— Вот теперь узнаю Бардис, а то я уже начал опасаться, что тебя заменили двойником галад-задорские шпионы, — выдал Линнар первое, что пришло в голову.
Бардис скорчила зверскую рожу, но в ее глазах плясали смешинки.
— А ты неплохо умеешь язвить.
Линнар сам удивился, как ему удалось пошутить. Сердце было готово выскочить из груди. Он чувствовал — вот тот решительный разговор, возможность окончательно определиться, как они с Бардис будут жить следующие годы: как друзья или как враги. Возможность протянуть руку.
«Неужели я понравился ей? Такой, какой есть?»
— Я тоже… — Он сбился, набрал в легкие воздуха и заговорил вновь. — Я… Сначала я боялся тебя и Дартага. Ты казалась мне дикой, злой и жестокой. Но со временем я понял, что в тебе и дартагцах есть то, что я не мог найти в Хоралии. Честность. Вы естественны, ближе к природе. И вы по-своему благородны. Кое-что я все еще не могу принять, кое-что я все еще надеюсь изменить. Но мне нравится Дартаг. И ты мне нравишься, Бардис. Я постараюсь стать достойным королем для тебя.
В это мгновение амулет вспыхнул под одеждой Линнара, обжог кожу огнем. Зеленый свет залил пещеру и соткался в неровный силуэт в балахоне.
Изумрудная фигура взмахнула рукой, с крючковатых пальцев сорвался искрящийся синими молниями шар.
И врезался в грудь Бардис.
Для Линнара время стало вязкой патокой. Он видел, как медленно разлетаются рубиновые капли, как Бардис заваливается на спину. Как падают на пол опаленные ошметки плоти.
Как в выжженной грудной клетке белеют кости.
Зеленый свет рассеялся, фигура приобрела знакомые очертания.
На каменном мысе стоял магистр Нотефель.
Как только Бардис увидела бородатого старика в черном расшитом серебром балахоне, она все поняла.
Разум оставался кристально чистым, мысли летали стрелами.
Хоралитские выродки ее провели. Все с самого начала было ловкой интригой.
