Я стояла на самом краю, и чувствовала, как мелкие камушки осыпаются из подмытого грунта под моими ногами. Прекрасно осознавая, чем мне это грозит, я лишь посмотрела на небо, которое в этот утренний час имело нежный голубой цвет, вдохнула аромат весеннего утра и сырости, и в следующий момент земля ушла из под ног, и я рухнула в воду.
Ледяные потоки обжигали кожу. Мокрая одежда тянула вниз. Я даже не пыталась плыть. И лишь оказавшись под водой сразу почувствовала, как меня начинает затягивать на дно. В это самый момент сработал так любимый мной инстинкт самосохранения, и я начала лихорадочно грести всеми конечностями, стараясь выплыть на поверхность. Но этих усилий было слишком мало, и, несмотря на них, я продолжала медленно погружаться всё глубже и глубже.
И тут почувствовала, что меня кто-то схватил за руку, и резким рывком вернул на поверхность. От удивления, глотнув большую порцию воды, я закашлялась, и грести самостоятельно не могла. В этот момент всё тот же заботливый спаситель обхватил меня под грудью и потащил к берегу.
Сейчас я не знала, благодарить его или ругать. Сейчас это было не важно... Жажда жить кипела во мне огромным котлом. Я с жадностью хватала ртом воздух, стараясь насладиться им, как будто находилась без этого ценного сокровища не несколько минут, а много долгих лет. Вот же правдива поговорка, что чтобы что-то оценить, нужно это потерять...
Но уже в следующий момент осознала, что лежу на чём-то твёрдом и холодном. Рядом слышалось чьё-то частое дыхание, и повернув голову, я наткнулась на злобный взгляд Тони. Сейчас он был больше похож на оборванца, или на мокрого кота... вариантов много. Одежда намокла и была испачкана в грязи, со всклоченных волос струйками стекала мутная вода, но в глазах я видела злость и страх. А ещё дикий, животный ужас.
– Если... когда-нибудь... ещё, хотя бы раз, ты совершишь что-то подобное... – говорил он отрывисто, стараясь при этом отдышаться. – Я убью тебя сам, собственными руками!
Услышав это, я улыбнулась, а его взгляд потеплел. Он подполз ко мне, и сгрёб в свои объятия. Мы оба были мокрыми, на улице было очень даже прохладно, но сейчас, в крепких и таких родных объятиях Тони, я чувствовала себя самой счастливой на этой планете.
– Дурочка! – продолжил он, сильнее прижимая меня к себе. – Зачем ты это сделала?! Глупая!
Говорить сейчас не было сил, да и что говорить. Я была согласна со всем, что услышала от Энтони. Я уже поняла, что решение было неверным! И что мой дом, мой истинный дом может быть только рядом с ним...
– Что ты здесь делаешь? – спросила я, когда способность адекватно мыслить полностью ко мне вернулась.
– Тебе как, правду сказать?! Вообще, если ты, конечно, не заметила, я вытаскивал одну глупую девушку из реки, – он говорил это с какой-то доброй весёлостью в голосе. Как будто всё это было всего лишь шуткой, розыгрышем. – А вот зачем она туда прыгнула? Наверно в очередной раз пыталась от меня убежать... Но тут встаёт вопрос, почему она хотела это сделать? Я почти уверен, что она просто не знала, как сильно я её люблю, и что моя жизнь без неё не будет иметь совершенно никакого смысла! А почему она не знала? Да потому что я глупец!
– Тони... – только и могла сказать я. Он опустил голову, заглядывая мне в глаза. – Это правда?
– Что я глупец? – он улыбнулся, а взгляд стал таким тёплым и нежным, что я моментально забыла, что дрожу от холода. – А ты-то сама как думаешь? Если отпустил тебя? Если позволил тебе уйти?!
– Нет... – я смотрела на него как на ангела. – Что ты меня любишь...
– Да, малышка, и прошу, никогда в этом не сомневайся! – в этот момент я была готова разрыдаться, так велико было счастье, которое переполняло всю меня. Я поняла, что согласна на всё, лишь бы только он был рядом... и... любил меня.
– Ну что, водоплавающие, может, стоит развезти костёр? – услышала я голос Джона, который быстрыми шагами направлялся к нам, с большой охапкой сухих веток. – Ведь в этом прекрасном веке, даже от банальной простуды вас здесь лечить будут слишком долго. Лучше согреться...
Скинув свою ношу на землю, и уложив её шалашиком, он буквально за минуту разжёг на поляне огонь. Стянув с себя мокрую одежду и развесив её на ближайших ветках, мы присели поближе к костру, укутавшись вдвоём в мой длинный плащ.
Джон присел напротив, и с довольной улыбкой смотрел на нас, перевода свой хитрый взгляд с меня на Тони, и обратно.
– Вот смотрю на вас и думаю, – сказал наш гуру психологии, – Есть ли верх человеческой глупости? Вы так долго убегали от очевидного, что, в итоге чуть не разрушили всё окончательно. Подумайте, сколько неприятных моментов можно было избежать, будь вы чуточку откровеннее с собой и немного смелее друг с другом?!
– Знаешь, Джон, – задумчиво проговорила я. – Можешь мне не верить, но я ни о чём не жалею! Ведь это был наш путь, и мы должны были преодолеть его...
– Да, – согласился Тони. – Но, мы прошли его порознь, и это было поучительно. А вот наш дальнейший путь мы обязательно пройдём вместе, и чует моё сердце, это будет интересно!