– Мне кажется, или ты уговариваешь меня остаться? – я задала этот вопрос, поворачиваясь к Джону. Он смотрел на меня, о чём-то явно размышляя.
– Нет, я не имею на это никакого права. Просто хочу убедиться, что ты трезво понимаешь, что потеряешь, оставив этот век, – его тон сейчас гораздо больше подошел бы почтенному старцу, умудрённому вековым опытом, нежели молодому мужчине. – И, ты не ответила на мой вопрос. Ты будешь скучать по своему маркизу? Только скажи мне честно...
– Честно?! – я посмотрела на него с вызовом. – Я люблю его, Джон. И это чувство съедает меня изнутри... – я грустно усмехнулась. – Думаю, этого довода достаточно для ответа на твой вопрос...
– Так я и думал... – проговорил мой собеседник с улыбкой. – И ты готова оставить его? Готова бросить всё из-за глупой мысли, из-за вашего классового неравенства?
– Джон! Мы из разных эпох! Мы совершенно разные люди и почти не находим общего языка!
– Тем не менее, это не помешало тебе в него влюбиться... – насмешливым голосом, констатировал Джон. – Кстати, а как он к тебе относиться?
– Никак! – ответила я, почти не скрывая своё раздражение. – Сначала кричит, что я пыль на его дороге, потом утверждает, что хочет быть со мной, и предлагает почётную роль официальной любовницы, затем говорит, что всем сердцем меня ненавидит... В общем, он сам не определился, кто я для него.
– Вижу у вас очень насыщенные отношения... – усмехнулся Джон. – Ты сегодня говорила с ним? – в голове снова пронеслась мысль, что я присутствую на допросе. Нечто подобное чувствовала, когда мистер Кренто пытался вытащить из меня обстоятельства моего триумфального дефиле на открытии “Артемиды”.
– Да, говорила...
– И что?
– И ничего! – раздражение росло во мне с каждой секундой, с каждым услышанным словом.
– А подробнее можно?
– Ты что, психолог, чтобы я тебе тут всё рассказывала?! – выпалила я, повышая голос.
– Нет, Кир, – теперь в его тоне проскальзывали виноватые нотки. Видимо, он, наконец, понял, что слегка перегнул палку. – Просто я хочу тебе помочь... Отгородить от непоправимых ошибок. Поверь, я знаю многих, кто сознательно отказался от своей любви... Это глубоко несчастные люди, и ничего уже не способно сделать их счастливыми. Ни деньги, ни власть... ничего.
– Прости... – тихо сказала я. – Просто, я чувствую, что мой шанс здесь уже упущен. А значит, мне лучше вернуться домой... и попробовать начать всё заново.
Небо начало стремительно светлеть, и времени на раздумья почти не осталось. Джон всё-таки добился своего. Ему удалось поселить в моей душе сомнение, и теперь оно терзало меня с неистовой силой. Казалось бы, выбор очевиден. Я должна вернуться в свою жизнь! Но здесь невольно возникал вопрос: какая из них моя? Та, где я лишь муравей в муравейнике нашего общества, имеющий очень условное право выбора, вогнанный в стереотипы современности... Или та, где меня хоть и считают чудачкой, но принимают такой. Где я руковожу крупным предприятием и имею возможность сделать жизнь людей хоть чуточку лучше... Да, и там и здесь есть и свои плюсы, и свои минусы. Но... как же всё-таки сложно выбирать, когда от твоего решения зависит вся дальнейшая жизнь! Хотя, мы ведь каждый день принимаем такие решения. И все они имеют огромное значение для нашего будущего. Вот только, зачастую, мы об этом даже не подозреваем. А сейчас, я точно знаю, насколько важно моё решение. И готова его принять!
– Кир, пора решать, – проговорил Джон, когда солнце уже показалось из-за холма.
– Я решила... – ответила я, вставая и закидывая сумку на плечо. – Спасибо тебе за всё...
Сказав это, я направилась к краю обрыва, и остановившись на большом выступе, посмотрела, на бурлящую внизу воду. Река несла свои потоки через многие километры. Её волны видели многое и многое знают, но... им незачем это знание, ведь они всё ровно, рано или поздно вырвутся в огромный и бескрайний океан.
Как же просто плыть по течению. Тебе не нужно прилагать почти никаких усилий, чтобы двигаться. Вода сама несёт тебя. Она уже всё за тебя решила. Но в этом пути есть одна важная особенность: вода несёт тебя не туда, куда желаешь ты, а туда, куда желает она. А тот, кто хочет идти своим путём, всегда сталкивается с сопротивлением течения. И только от него самого, от его воли и веры в себя, зависит, хватит ли ему сил дойти...
Шум бегущих волн полностью закрывал сознание, возвращая мысли всё к тем же философским темам. Странно получается, глядя на огонь, успокаиваешься и невольно начинаешь задумываться о прекрасном и вечном. Когда мчишься галопом верхом на коне, встречный ветер способен выдуть из головы все мысли, оставив только один голый инстинкт самосохранение и пьянящее чувство свободы... А вот шум воды, наоборот, бьет по нервам, навевая странные мысли и подталкивая к решительным действиям.