Партократия к альтернативности выборов в сочетании с всеобщей, равной, прямой и тайной формой их проведения отнеслась крайне негативно, так как в них первые секретари ЦК нацкомпартий, крайкомов, обкомов, горкомов и райкомов увидели прямую угрозу их положению и реальной власти. Главный аргумент против этих конституционных нововведений партократы называли угрозу проникновения с их помощью во власть враждебных элементов и даже откровенных врагов. На это М.В.Молотов ответил так: «При новом порядке выборов не исключается возможность выборов кого-либо из враждебных элементов, если там или тут будет плоха наша агитация и пропаганда. Но и эта опасность в конце концов должна послужить на пользу дела, поскольку она будет подхлестывать нуждающиеся в этом организации и заснувших работников». (Там же, с. 11–12).
Такой ответ совсем не понравился партократии, так как она в условиях монополии одной партии давно разучилась эффективно работать как раз в сфере агитации и пропаганды, и не была готова к конкурентной борьбе за власть.
В-третьих, в новой Конституции предусматривалась отчетность депутатов перед избирателями. Согласно этому положению каждый депутат обязан был отчитываться перед избирателями в своей работе и в работе Совета депутатов трудящихся, мог быть в любое время отозван по решению большинства избирателей в установленном законом порядке. Это вводило систему ответственности депутата перед избирателями. Кстати, в нынешней Конституции РФ такого положения нет.
И это положение не устраивало партократию, потому что они привыкли отчитываться только перед вышестоящими органами, с которыми они, как правило, находили общий язык.
В-четвертых, Верховный Суд СССР и специальные суды СССР, Верховные Суды союзных республик, Верховные Суды автономных республик, краевые и областные суды, суды автономных областей, окружные суды должны были избираться соответствующим уровнем Советов сроком на пять лет. Народные суды избирались гражданами района на основе всеобщего, прямого и равного избирательного права при тайном голосовании – сроком на три года.
Судьи становились независимыми и подчинялись только закону. Разбирательство дел во всех судах СССР должно было производиться открыто, без исключений, с обеспечением обвиняемому права на защиту.
Данное положение тоже не устраивало партократов, так как они привыкли к тому, что судьями были те, кто был угоден им, а правосудие на своем уровне осуществляли они, суды и судьи лишь послушно оформляли их волю. Таковы правила при диктатуре.
Тем не менее, 5 декабря 1936 г. Всесоюзный съезда Советов утвердил новую Конституцию СССР. Формально группировка И.В.Сталина одержала убедительную победу, поскольку новый Основной закон, который должен быть стать правовой основой политических реформ в стране, был все же принят. На момент принятия этот документ считался самой демократичной Конституцией в мире. Те права и свободы, провозглашенные в главенствующем для страны документе, не были озвучены нигде. Фактически она представляла собой СТАЛИНСКУЮ МОДЕЛЬ СОЦИАЛИЗМА – конкретную, а не абстрактно утопическую, предусматривающую построение действительно социально справедливого общества.
Но внедрение Конституции в реальную жизнь пошло не сразу и не в полной мере. Партократия поддержала принятие Основного закона, но оговорила условие – на практике пока не применять тех его положений, которые, прежде всего, определяли порядок выборов, обосновывая свое требование тем, что в стране очень много действующих активных врагов. Еще во время проведения съезда 4 декабря 1936 г. на пленуме ЦК ВКП(б) она начала нагнетать атмосферу жестокой борьбы. Так, Р.И.Эйхе (первый секретарь Западно-Сибирского крайкома) с неприкрытой кровожадностью сказал: «Факты, вскрытые следствием, обнаружили звериное лицо троцкистов перед всем миром… Их нужно расстреливать». Такую же позицию занял С.В.Косиор (первый секретарь ЦК ВКП(б) Украины): «…Мы разоблачили… сотни самых злобных людей…». И др. (Ю.Н.Жуков. ИНОЙ СТАЛИН. 1933–1937 гг. Концептуал, 2018, с. 238–239).
Свое нагнетание партократы продолжили через два месяца на февральско-мартовском пленуме ЦК ВКП(б). К уже названным Р.И.Эйхе и С.В.Косиору добавились Н.С.Хрущев (первый секретарь Московского парткомитета), Л.И.Мирзоян (первый секретарь ЦК КП(б) Казахстана), Я.И.Попок (первый секретарь ЦК КП(б) Туркмении), И.Д.Кабаков (первый секретарь Свердловского обкома), появление которого на трибуне Сталин встретил репликой: «Всех врагов разогнали или остались?» (РГАСПИ. Ф.558. п.11. Д.18. Л.24), Е.Г.Евдокимов. (Вопросы истории. 1993. № 6, с.4, 7, 18, 21, 25, 27; № 7, с.11).
