Тем временем высадившиеся в Феодосии части перешли в наступление. Решающее преимущество было получено за счет использования танков. Паническое отступление румын увлекло за собой и немецких солдат. В период с 29 по 31 декабря были перевезены и высажены в районе Феодосии 23.000 человек, 1.550 лошадей, 34 танка, 109 орудий, 24 миномета, 334 автомашины и трактора, 734 тонны боеприпасов и 250 тонн других грузов. К исходу 31 декабря высадившимся в Феодосии войскам 44-й армии (командующий генерал-майор С.И.Черняк) удалось продвинуться на 10–15 км от города и захватить Владиславовку. К исходу 2 января 1942 г. советские войска вышли на рубеж Киот, Новая Покровка, Изюмовка, Коктебель. Продолжалась высадка 51-й армии (командующий генерал-лейтенант В.Н.Львов). В районе Керчи она взяла богатые трофеи. (А.В.Исаев. Керченско-Феодосийская десантная операция. Битва за Крым. 1941–1944 гг. Яуза. М. 2016, с. 147–151).
Представляет интерес взгляд на данную операцию генерал-фельдмаршала Эриха фон Майнштейна, одного из лучших стратегов фашистской Германии, командовавшего 11 армией Вермахта в Крыму: «Наступление румынского горного корпуса на Феодосию не только не имело успеха, но более того, румыны отступили от рубежа восточнее города Старый Крым. 46 пд (пехотная дивизия) формированным маршем вышла на Парпачский перешеек. Но при этом ей пришлось оставить на обледенелых дорогах большинство своих орудий. К тому же ее личный состав был совершенно изнурен тяготами этого отступления. Вслед за 46 пд противник сразу же смог начать преследование оставшихся за ним на небольших плацдармах. Керченский пролив замерз, что позволило противнику быстро подтянуть новые силы.
Если бы противник использовал выгоду создавшегося положения и быстро стал бы преследовать 46 пд от Керчи, а также ударил решительно вслед отходившим от Феодосии румынам, то создалась бы обстановка, безнадежная не только для этого вновь возникшего участка восточного фронта 11-й армии. Решалась бы судьба всей 11-й армии (соответственно и всего Крыма, включая Севастополь, – авт.). Более решительный противник мог бы стремительным прорывом на Джанкой парализовать все снабжение армии. Отозванные от Севастополя войска – 170 пд, а после прекращения наступления с севера, и 132 пд – могли прибыть в район западнее или северо-западнее Феодосии не раньше, чем через 14 дней.
Но противник не сумел использовать благоприятный момент. Либо командование не поняло своих преимуществ в этой обстановке, либо оно не решилось немедленно их использовать… По-видимому, даже имея тройное превосходство в силах, противник не решался на смелую глубокую операцию, которая могла бы привести к разгрому 11-й армии… Наступавшая через Керчь 51-я армия преследовала 46 пд очень нерешительно. Высадившаяся же у Феодосии 44-я армия сначала предпринимала в решающем западном и северо-западном направлении только осторожные вылазки. К нашему удивлению, она направила свои главные силы не в этом направлении, а на восток, навстречу 51-й армии. Противник явно видел перед собой тактическую цель – уничтожение наших сил на Керченском полуострове – и совершенно упустил из виду оперативную цель – пересечение основной жизненной артерии 11-й армии». (Э.Манштейн. УТЕРЯННЫЕ ПОБЕДЫ. «Вече». М. 2017, с. 237–238).
И в конечном итоге Керченско-Феодосийская операция потерпела неудачу. Причины были разные. Например, еще на стадии разработки была допущена существенная ошибка, связанная с невниманием к мероприятиям по созданию баз высадки – сил и средств, занимающихся организованным приемом с кораблей и судов на берег войск, перевалкой грузов и передачей их высаженным частям и соединениям. Снабжение вновь открытого фронта сильно отставало от потребностей войск. (Н.Н.Глухарев. Флот в Керченско-Феодосийской десантной операции. Битва за Крым. 1941–1944 гг. Яуза. М. 2016, с. 200). Но главную причину, на взгляд автора, правильно назвал Э.Манштейн – это действия командования операцией, основное звено которого представляли генерал-лейтенант Д.Т.Козлов и представитель Ставки генерал-полковник Л.З.Мехлис. К недостатку профессионализма у каждого добавлялись сложившиеся между ними личные неприязненные отношения.
В этом плане показателен пример того, как И.В.Сталин объяснил Д.Т.Козлову причину его снятия с должности Командующего Крымским фронтом в присутствии К.К.Рокоссовского, преподав тому наглядный урок при его назначении командующим Брянским фронтом. Вот как описывает Константин Константинович диалог между ними.
«– Вы жалуетесь, что мы несправедливо вас наказали?
– Да. Дело в том, что мне мешал командовать представитель центра (Л.З.Мехлис, – авт.).
– Чем же он вам мешал?
– Он вмешивался в мои распоряжения, устраивал совещания, когда нужно было действовать, а не совещаться, давал противоречивые указания… Вообще подменял командующего.
– Так. Значит, он вам мешал. Но командовали фронтом вы?
– Да, я…
– Это вам партия и правительство доверили фронт… ВЧ у вас было?
– Было.
– Почему же не доложили хотя бы раз, что вам мешают командовать?
