Имелись и другие недостатки реформы. Подавляющее число предприятий были кровно заинтересованы в повышении «рублевого» вала произведенной продукции и увеличении себестоимости и не заинтересованы в каком-либо обновлении своих основных фондов, что вело к технологическому застою. Косыгинско-либермановская реформа оторвала хозрасчетные предприятия от отраслевых КБ и НИИ, лишив их производственной базы. (Е.Ю.Спицын. Россия – Советский Союз. 1946–1991 гг. Полный курс истории. Книга IV. Концептуал. М. 2019, с. 238).
Тем не менее, в период «застоя» брежневская экономика развивалась, хотя и с замедлением темпов. В годы 8-й пятилетки производство промышленной продукции ежегодно увеличивалось на 8,4 %, 9-й – на 7,4 %, а 10-й – 4,4 %. Тот же процесс наблюдался и в производстве сельскохозяйственной продукции: в 8-й пятилетке ежегодный прирост составлял 3,8 %, в девятой – 2,3 %, а в 10-й – 1,7 %. (Там же, с. 240). Бичом сельского хозяйства были огромные потери урожая при его уборке, транспортировке и хранении – до 30–40 % (А.С.Барсенков, А.И.Вдовин. История России. 1917–2009. Аспект Пресс. 2010, с. 525).
В отличие от буржуазной экономики альтернативная советская экономическая модель вплоть до преступной «горбачевской перестройки», демонстрировала постоянный рост и не знала ни системных кризисов, ни резких спадов производства, ни массовой безработицы. (Е.Ю.Спицын. Россия – Советский Союз. 1946–1991 гг. Полный курс истории. Книга IV. Концептуал. М. 2019, с. 240). Это утешает, но не очень, так как экономический рост все же становился совсем небольшим, да и тот обеспечивался в немалой степени экспортом нефти и газа. В 1970-х гг. добыча нефти в Западной Сибири выросла в 10 раз, а уже вначале 1980-х гг. здесь стало добываться более 10 % мирового объема добычи всей нефти и природного газа. (Там же, с. 240).
Производство объема ВВП в Советском Союзе было вторым в мире, но страна много производила товара, который оказывался никому не нужным из-за низкого качества. У советских людей формировался культ импортных вещей и техники. В годы 9-й и 10-й пятилеток СССР вышел на первое место в мире по производству многих промышленных товаров и сырья, в частности угля, кокса, цемента, железной руды, минеральных удобрений, тракторов и электровозов. Однако научно-технический уровень нашей промышленности и сельского хозяйства все более отставал от мирового, за исключением самых технологичных отраслей ВПК и Космоса. А с середины 1970-х гг. опустели полки от мясомолочной продукции в гастрономах на большей части территории страны, прежде всего, РСФСР, кроме столиц и особых районов. Продукция, проданная государству колхозниками Нечерноземья в 1980 г., после всех реформ, оставалась убыточной. По молоку убыток составлял 9 %, по крупному рогатому скоту – 13 %, по свиньям – 20 %, по птице – 14 %, по шерсти – 11 %. Это оставалось одной из главных причин упадка сельского хозяйства. (А.С.Барсенков, А.И.Вдовин. История России. 1917–2009. Аспект Пресс. 2010, с. 540).
Мировые энергетический и экономический кризисы 1973–1975 гг. существенно повысили доходы Советского Союза от экспорта нефти и нефтепродуктов за счет резкого роста мировых цен на них. Это позволило руководству страны сделать ставку на экстенсивное развитие советской экономики, что отрицательно сказывалось на развитии наукоемких отраслей, которые во многом определяли уровень научно-технического прогресса – электроники, кибернетики, робототехники, биотехнологии и других. Но расширение продажи нефти и газа в страны Западной Европы и США давало необходимые валютные ресурсы, позволявшие затыкать дыры с недостающим зерном и высокотехнологичным оборудованием.
В 1979 г. группа аналитиков под руководством зам. председателя Совета Министров СССР академика В.А.Кириллина подготовила доклад, в котором были сделаны следующие выводы: 1) СССР стал безнадежно отставать в разработке и внедрении передовых технологий, особенно в сфере машиностроения; 2) проблемы дальнейшего развития страны нельзя решить без радикального и структурного реформирования всей прежней экономической системы. При этом имелась ввиду необходимость расширения роли элементов рыночных отношений в социалистической экономике, а затем замены плановой экономики саморегулирующейся рыночной экономикой. (Там же, с. 241–243).
Очередных рыночников отвергли категорически. Возникает вопрос: а была ли альтернатива программам и предложениям А.Н.Косыгина, Е.Г.Либермана, В.А.Кириллина и иже с ними других рыночников?
