Изложенная эзоповым языком схема, которую предлагал Буш была разумна — более чем. Именно так работали в Британии и в тех же США в годы второй мировой — и победили таки гидру нацизма. Именно так работали в пятидесятые — шестидесятые и не допустили расползания коммунистической заразы в Западной Европе, особенно в Италии. Группа людей, собирающих информацию, обрабатывающих ее и выдающих готовые решения на самый верх. Все хорошо, только в представлении сенатора Лихи, доведись ему об этом узнать, все то будет сильно смахивать на преступный заговор.
— Что вас смущает? — уловил ситуацию Буш
— Сэр, это сильно походит на нарушение закона. Преступный сговор.
— Вас успокоит то, что информацию буду принимать непосредственно я?
— Нет, сэр, не успокоит.
Буш снова заколдовал над столиком, смешивая себе хайболл — второй за вечер. Большинство людей сочли бы его лишним.
— Вы не оставляете мне выбора, Роберт.
— Сэр, выбор есть всегда.
— Я еще не сказал про то, какое официальное место работы мы вам предлагаем.
— Мы — это кто?
Разговор стал ощутимо более жестким.
— Мы — это шахматисты. Мы заинтересованы в получении информации непосредственно из Службы. И предлагаем вам должность первого заместителя директора и директора Центральной разведки.
— Однозначно — нет, сэр.
— Вот как? Почему же?
— Я принял решение покинуть ЦРУ. Это решение окончательное.
— И обжалованию не подлежит. Бросьте, Роберт. Только глупцы и покойники никогда не меняют своих мнений.
— Лоуэлл. Верно, сэр? Но мое мнение боюсь ничем не изменить.
Бывший директор закончил манипулировать с графинами, поставил готовый бокал с напитком на стол, жестом фокусника достал из-под своего стула небольшой, блестящий рифленым алюминием дипломат, какое то время возился с его открыванием. Гейтс отметил, что это специальный кейс для транспортировки особо важных документов — он сделан не из алюминия как гражданский его прототип, а из титана, в него встроен маячок, позволяющий отслеживать его местонахождение в любой точке земного шара и заряд самоуничтожения.
Несколько папок легли на стол.
— Прочтите. Про секретность думаю, напоминать не стоит. Потом поговорим.
Заместитель директора ЦРУ взял первую папку, прежде чем открывать тщательно оглядел ее обложку. Такими же папками пользовалась и служба — но тут были отличия. В ЦРУ на каждой папке с документами в левом верхнем углу был приклеен ярлычок с отпечатанным кодовым словом, присваиваемым делу — это было сделано для быстрого поиска нужных документов. Тут не было ни номера, ни ярлычка, а вместо одной красной полосы, означавшей уровень секретности, кто-то поставил две — наискось, как Андреевский крест.
— Открывайте, открывайте. Смелее.
— Он перевернул обложку папки — там как и полагается, был листок с основной информацией — резюме. Это было агентурное дело. Заместитель директора ЦРУ прочел имя агента. И не поверил своим глазам. Пролистал папку, прочитал несколько страниц. Этого не могло быть, просто не могло быть по определению.
Но это было.
— Сэр, что это?
— Это? Агентурное дело.
— То есть как агентурное дело? Вы хотите сказать, что мы завербовали этого человека? Мы завербовали его?
Директор раздраженно махнул рукой
— Конечно же нет. Как вы себе это представляете — вербовочный подход к члену Политбюро ЦК КПСС. Кстати — я правильно называю?
— Да, верно.
— Так вот. Как его вербовать? На приеме в посольстве?
— Насколько я помню, он был послом здесь и даже учился год в Джорджтауне.
— Совершенно верно. Скажем так — Джорджтаун сильно прочищает мозги — в том числе и от коммунистического бреда. Мы заключили с этим человеком некий… союз. И цели у нас какое-то время уже — общие. Третья папка сверху, прошу вас, Роберт.
Если первая папка привела заместителя директора ЦРУ в изумление, то вторая просмотренная им просто шокировала его. Он, кадровый сотрудник ЦРУ, прошедший все возможные тесты и отборы, умеющий владеть собой вдруг почувствовал, что все его мировосприятие стремительно переворачивается — с ног на голову.
— Этот человек … он тоже работает на нас?
— Да нет, конечно же. У нас совершенно дикая система классификации — либо человек является осведомителем, либо нет — а посмотреть пошире никто не хочет, Просто мы… провели серию экспериментов, скажем так, и убедились в том, что можем в большинстве случаев оказывать управляющее воздействие на этого человека. С вероятностью примерно семьдесят процентов, а вероятность предсказания его решений — еще выше.
— Но если это так то…
— Если это так — почему Советский союз до сих пор жив? Вы это хотите спросить?
— Возможно, сэр.
— А вы не задумывались, что произойдет, если СССР завтра не станет?
