Джелалабад, провинция Нангархар. Пункт временной дислокации 154 ОБрСпн
— Спасибо мужики…
Лейтенант пожал руку командиру корабля, потом праваку
— Да брось… В баньке попариться не хочешь? У нас банька — во всем Афгане нет такой баньки. Перед ней — пруд с карпами[95], как у себя дома…
— Да нет… Меня и так за самоволку — вздрючат по самое…
— Ну, бывай…
Лейтенант побежал к рычащей дизелями колонне, с которой ему уже махали — поторопись…
Как он выбрался из Кабула? Да очень просто…
В Афганистане на самолет внутренних линий почти никогда не продавали билеты, платили летчику а сам самолет летел далеко не по расписанию. А уж про самолеты Советской и Афганской армии — тут и разговора нет — какие могут быть билеты договорился с экипажем — полетел. Не договорился — не полетел. Полетит экипаж или нет — зависело от многих факторов — исправность самолета, погода, возможность обстрела духами, сколько экипаж выпил накануне. Можно было ждать вылета час можно и несколько суток. Лейтенанту прост повезло — уже через два часа торчания на кабульской бетонке ему попался самолет, идущий аккурат на Джелалабад. И даже не слишком сильно перегруженный. Ну а то, что грузовая кабина Ан-12 не герметизирована — это так. Мелкие неприятности. Они ведь ходят в горы — ходят. И ничего…
Он возвращался в отряд, хотя душа его была не на своем месте. Он не был оперативником, он не привык к интригам, он в конце концов был обычным московским пацаном из хорошей семьи, классным стрелком. Да, Родина сделала из него меч — но не кинжал. И теперь ему было непокойно — как всегда бывает неспокойно честному и не видящему за собой никакой вины человеку, когда вокруг происходит что-то непонятное и темное.