– Именно так дело и обстоит. Академия предоставляет библиомантическому миру поддержку, и большинству людей это по душе. – От Арбогаста веяло невозмутимостью, ни единого следа напряжения. – Не в Академии проблема, Изида, а в тех, кто действует от её имени. Семейства Кантос, Лоэнмут, Химмель слабы. В их поступках нет никакой осмотрительности, одна паника. Вместо того чтобы строить планы, они заботятся об ограничении ущерба. Своё влияние они получили по наследству, а не на основании личного опыта и компетенции. – Его пронзительный взгляд обжигал её. – Мы позаботимся о том, чтобы к власти пришёл тот, кто знает, что делать. После того как разберёмся с Федрой – или даже до того.
Она усмехнулась:
– Уж не ты ли, Аттик?
К её удивлению, он покачал головой:
– Я всего-навсего солдат. Управлять государством мне не дано. Отдай мне приказ, и я его выполню. Могу разглядеть проблему и устранить её, но я не политик. Нам обоим далеко до этого.
Её тон сделался язвительным.
– А что, если Федра и в самом деле – правильный выбор? Может, совсем не нужно с ней бороться? Особенно если убежища в ней нуждаются?
– Федра Геркулания выяснила, какая ситуация сложилась в ночных убежищах. Потому-то так велик её гнев на всё, во что превратилась библиомантика. Её путь – смерть и уничтожение. Она не успокоится, пока не истребит последнего библиоманта и опять не начнет всё сначала. По легенде, она была первой библиоманткой, и ею она станет снова. Таким образом цели Федры ушли не бог весть как далеко от того, чего хотел достичь Зибенштерн с помощью пустых книг. С той лишь разницей, что он собирался раз и навсегда похоронить саму библиомантику.
– Может, именно это и необходимо, – заметила Изида. – Ты сам об этом толкуешь: никаких ограничений. Вместо этого – начать всё сначала.
– Нечего мне вешать лапшу на уши! Ты никогда не пойдёшь на убийство ста тысяч в надежде, что после возникнет что-то иное и лучшее. Человеку свойственно ошибаться. Мы часто присягаем ложным идеалам и устремлениям. Ты считаешь, что новое поколение библиомантов при диктатуре беспощадной убийцы будет счастливее? Достаточно счастливо, чтобы не повторять ошибок прошлого? Это мечта, Изида, но ты ведь не мечтательница. Из всех моих выпускников ты была самой дотошной. Других я мог мотивировать их заветными целями, желаниями и чаяниями. Но вакуум в тебе мне приходилось наполнять новыми идеалами.
– Ты в своё время завоевал моё доверие.
– Ты искала отца, и ты его получила.
Сейчас её самым горячим желанием было кулаком затолкать эти слова обратно ему в глотку. Но не здесь и не сейчас. Не когда она столь слаба, а он столь непредсказуем. В лучшем случае они друг друга убили бы.
– Ты и в самом деле хочешь отыскать Федру в ночных убежищах и обезвредить? – спросила Изида.
– Сообща мы могли бы с ней разобраться. Она – всего-навсего экслибра, раздираемая манией величия, а не богиня.
– А если у неё всё же есть библиомантические способности? Если случилось что-то, что переписало законы библиомантики заново?
Он долго стоял лицом к лицу с Изидой, источая стойкий аромат букинистических книг, словно библиотека, куда десять лет никто не входил. Она задавалась вопросом: что за книги могли храниться в подобной библиотеке? По сей день она даже не знала названия его сердечной книги.
– Экслибра не может быть библиоманткой, – заявил Арбогаст наконец, но в глазах его тлел огонёк подозрения, невысказанный вопрос.
– Тогда у неё один выход – окружить себя мятежными библиомантами, – сказала Изида. – Так ведь?
– Есть такой риск.
– Значит, вам о ней ничего не известно?
– Во время войны пришло несколько сообщений, согласно которым отдельных библиомантов заметили среди чернильных поганок. Но этому никто не придал значения, а позже не было никакой возможности опросить тех, кто эти слухи распустил.
– Потому что их устранили? – Она ощутила, как в ней снова вскипает холодная ярость. – Академия убрала своих собственных людей: не дай бог, возникнут какие-то сомнения в официальной версии!
– С превентивными мерами мы несколько поспешили, – признался Арбогаст. – Сегодня мы действовали бы иначе. Но что было, то было. Прошлого не изменишь.
– Мне надо успокоиться. – Она прошла мимо него и медленно двинулась вдоль полок.
Её взгляд блуждал по потёртым книжным корешкам. Обычные названия, знакомые ей по домам безопасности. Они облегчали прыжки и открывание ворот, это была всемирная коллекция бестселлеров, хранившихся в служебных квартирах агентов.
– Как ты собираешься нащупать след Федры? – спросила Изида из другой части помещения, снова повернувшись к Аттику. – Ты же никогда не бывал в ночных убежищах, не так ли?
Арбогаст покачал головой:
