Исключением из всей этой околесицы не стал и Карамазов. Настал момент, когда с его губ также пропала улыбка, стала похороненной под жуткой внутренней душевной болью. Данте на секунду даже подумал, что Верховный Инквизитор станет таким же, как и он. Но потом, в час величайшего отчаяния появилась Эмилия. «Верная дочь полк-ордена», как её называли офицеры, и именно такой она пыталась себя показать. Именно она спасла Карамазова от медленно надвигающегося отчаяния, вырвала его из пучин. И эта любовь стала для бывшего инквизитора сущим эликсиром жизни.
Данте, сидя у себя в кабинете, что был расположен в древнем дворце Сарагона Мальтийского, построенного в самом конце замка, временами не бог себе отказать в просмотре на гуляющего Карамазова и Эмилию.
Что ж, если Магистр Валерон был лишён многих чувств, подобно тому, как сгорают авточувства в механизмах от перенапряжения, то он прекрасно знает, что эта чувственная партия пришлась как нельзя вовремя, ибо она вернула в строй целую Тетрархию, которой в будущем Данте отвёл довольно важное место.
Внезапно в простенький кабинет Магистра ордена входит человек, скрипя дверью, и отвлёк его от созерцания экрана компьютера, в котором были несколько картинок с данными, приходивших с разных авгуров, вкупе с открытыми вкладками отчётов.
Рабочее помещение Магистра представляет собой обычную квадратную комнату, в которой имелось одно единственное окно, один выход, прикрываемый тяжёлой деревянной дверью. Внутри кабинета было множество книжных полок, что закрывали стены, рабочий стол, где вся информация собиралась в новейший компьютер, гордо стоявший на тёмном, покрытым блестящим лаком, дубовом столе. Под ногами был изумрудный ковёр, древнего шитья, из эпох, когда за эти земли сражались копьями и мечами праотцы демократии и дети великого персидского царства.
– Магистр Данте, – важным голосом, в котором Валерон прочёл стойкую обеспокоенность, заговорил человек, – у нас проблемы.
Глава ордена взглянул на парня, что был одет в обычную солдатскую одежду воинов Лампады, и только его лицо оставалось открытым, показывая весь в карих глазах букет смущения и крадущегося в душе страха воина.
– Что случилось, солдат, – прохладно потребовал доложить Магистр.
Мужчина вытащил из небольшого кисета на поясе свёрнутую вчетверо бумажонку и спешно передал её своему господину. Данте развернул её и внимательно всмотрелся в содержимое, что было изложено в каждой строчке.
Взгляд Валерона никак не передавал его душевного состояния и он, оставаясь таким же невозмутимым, отдал приказ:
– Солдат, донесите до Андрагаста Карамазова, Сантьяго Морса и Флорентина Антинори, что я хочу их видеть у себя через полчаса. Приказ Магистра.
– Так точно, – Покорно ответил воин и вышел прочь, дабы исполнить приказ своего господина.
В кабинете главы ордена тут же установилось полнейшая тишина. Только звуки моря, доносимые слабейшим, еле уловимым эхом, доносились из-за окна, оставаясь практически не слышимы, прерываясь звучанием компьютерной механики.
Данте погрузился в пристальный поиск. Весь свой ум, навыки и внимательность направил в изучение того, что передают «глаза и уши» ордена с дальних позиций. И в этот же момент он открыл для себя новую действительность, совершенно ужасающую и знаменующую вполне печальное начало следующего этапа этой партии. И Магистр проводил время в изысканиях до тех пор, пока в его комнату не пожаловала вся тетрархия в её неполном составе, и Данте подловил себя на мысли, как быстро они сюда добрались или это он уже теряет связь с действительностью.
– Вы нас вызывали? – прозвучал вопрос с порога кабинета.
Валерон оторвался от компьютерного экрана и посмотрел на пришедших. Его холодный взгляд рассмотрел Карамазова, одетого в свои привычные чёрные одежды; Отца Флорентина, что нацепил на себя один из церковных балахонов; бывшего инспектора Морса, который надел на себя серое пальто, и Флоренсу Эмилию. Последняя вызвала у Данте всплеск негодования, пробежавший по душе ледяной и приглушённой волной, никак не отразившийся.
– Госпожа Флоренса Эмилия, я попрошу вас покинуть это совещание, – мягко, если можно машинную речь назвать таковой, попросил хозяин кабинета. – Это вам не романтическая прогулка, что бы на неё идти со своим избранником.
– Магистр, я имею полное право находиться здесь, – запротестовала девушка и попыталась что-то добавить, но Валерон её своей безжизненной речью оборвал:
– Оперативный разведчик, покиньте мой кабинет. Приказ Магистра ордена, – и увидев, как её возлюбленный собирается защитить девушку, Данте ответил и ему. – Господин Андрагаст, примите это как вынужденную меру. У нас сейчас очень важная ситуация, требующая сухого формализма.
Ответом на просьбу хозяина этого помещения стал хлопок дверью. Эмилия резко вышла из кабинета, с гневом задвинув дверь так, что по коридорам побежало эхо.
– Так что же у тебя такого важного, что ты прогнал Эмили? – с крапинами гнева и негодования вопросил Карамазов, явно разозлившись из-за поступка Магистра ордена.
