Трескотня автоматов, свист пуль над головой. Кажется, опять куда-то попали, то ли в броник, то ли в корпус, Хмурый уже мало что понимал. У него в голове, как у хорошего, хоть и поломанного, боевого робота, работала программа:
Уйти – залечь – выстрел – отход – повторить…
А теперь точно попало, опять в район ноги. Олег на пару секунд потерял сознание. Очнулся от боли – по ноге растекалось онемение и что-то мокрое неприятное, липкое…
– Надеюсь, вы дошли, – прошептал он. Перевернулся на левый бок, увидел идущую прямо на него фигуру, выстрел – фигура упала!
Олег злобно зарычал, как дикий зверь. Уже почти ничего не видя перед собой, пополз дальше. Опять вырубился. Очнулся от резких воплей – над головой стояла черная рожа и тыкала в него автоматом. Откуда-то со стороны слышались еще невнятные крики, рев моторов. Олег с трудом приподнял пистолет и выстрелил прямо от бедра. Еще раз.
Первая пуля прошла мимо, бандит вздрогнул и отскочил в сторону, но вторая пуля его достала прямо в грудь. Он упал, обливаясь кровью. Олег собрал последние силы в кулак, перевернулся и пополз дальше, сам не понимая в какую сторону. Главное чтобы ОНИ дошли…
Вдруг взрыв, треск автоматных очередей, затем загрохотало что-то крупнокалиберное, разобрать было невозможно. Вопли, крики боли, опять взрыв. Какие-то знакомые интонации, слова… не разобрать. Олег опять ненадолго вырубился. Очнулся, с трудом разлепил глаза, их чем-то заливало.
– Какая тут жара, долбаная Африка, – подумал Олег.
Но стоп, не время про погоду, где пистолет? Вот он, в руке. Почему я его не чувствую?
Олег с трудом поднял руку с оружием, но не удержал, «Стечкин» выпал на землю, поднять его не получилось.
Опять стрелкотня54, взрывы, крики. Теперь они были совсем близко, и Олег понял, что его время пришло. Он славно повоевал, но путь воина должен закончиться именно так.
Хмурый с трудом снял с разгрузки последнюю гранату, кое-как разогнул усики и выдернул чеку. Сел, привалившись к ближайшему дереву и стал ждать. Уйти, забрав с собой несколько врагов – что может быть лучше?
Глаза слипались и почти ничего не видели. Через какое-то время капитан увидел над собой смутную фигуру. Он оскалился как волк и зарычал. Рука уже была готова отпустить скобу и отправить его в иной мир, как вдруг фигура заорала:
– Стой, дурак, свои!
И навалилась на него, прижав слабеющую руку и выхватывая гранату. Сил сопротивляться не было, да и голос показался знакомым.
Уже теряя сознание, капитан увидел какое-то знакомое мужское лицо над собой. Оно что-то говорило, смеялось, кричало, Олег не мог разобрать слов. А рядом с мужским лицом маячил лик ангела. С каштановыми волосами и влажными глазами. Которые смотрели на него с тревогой и надеждой.
– Дошли… – прошептал Олег и отключился.
Октябрь 2028 года. Москва.
Это был, во всех отношениях, обычный московский осенний день. Бабье лето радовало по-настоящему теплым солнышком, и если бы не память о покушении двухнедельной давности, Макс бы считал себя счастливым человеком. Но покушение было, и с этим приходилось жить.
За последние две недели Максим с Семеном Абрамовичем смогли восстановить исследования профессора, объединить их с работами самого Макса и сделать сравнительный анализ. Выводы были самые безрадостные – с населением планеты что-то происходит.
Войны, уничтожение тяжелой промышленности, атомной и угольной энергетики, болезни, поощрение извращений, ведущих к падению рождаемости, от гомосексуализма до смены пола и педофилии. Легализация наркотиков и эвтаназии – все это било по рождаемости, и чем дальше, тем сильнее был виден эффект от этого воздействия.
Самое ужасное во всем этом было то, что разумных причин к такому поведению населения просто не было. Но пропаганда и власти многих стран настойчиво вбивали в голову обывателя «новые ценности».
Сопротивлялись этим «новым ценностям» не так много стран, среди них Россия и страны Содружества, Китай, Индия, Иран и другие. И если посмотреть на карту и отметить на ней все тлеющие или горящие военные конфликты, волнения и протесты, то можно удивительным образом увидеть совпадения – все это происходило именно в таких странах!
Но и для стран «цивилизованного мира» все было не так гладко, как еще 15-20 лет назад. После трех миграционных кризисов, связанных с войной в Ливии, Сирии и Ираке и Украине, население Европы пополнилось более чем 120 миллионами мигрантов, беженцев и вынужденных переселенцев. И это были, по большей части, не изнеженные и вырождающиеся ленивые европейцы, а люди из Азии, Африки и бедной части Европы, которые по своему ментальному развитию до сих пор находились в Средневековье!
