— Сержант государственной безопасности — Доможиров. — В ответ козыряю я, и достаю из левого кармана гимнастёрки своё удостоверение.
— С какой целью вы здесь находитесь, товарищ сержант госбезопасности? — Спрашивает Брусенцов, внимательно изучив мои документы.
— У меня приказ — доставить взятого «языка» в штаб армии. — Отвечаю я.
— Могу я взглянуть? — смотрит на меня сержант.
— Да. — Достаю я из правого кармана листок бумаги с печатью управления НКВД.
— Где пленный? — прочитав текст, спрашивает Брусенцов.
— Под охраной в повозке, где ему ещё быть.
— Могу я удостовериться? — отдаёт он мне документы и показывает рукой в направлении нашего тарантаса.
— Да не вопрос. — Иду я впереди войскового наряда.
— Здоровый, гад. — Присвистнул сержант, увидав ряху носатого унтера.
— А то. Так меня кто-нибудь проводит до штаба? — Проявляю я нетерпение.
— Да, конечно. Ефрейтор Соболев, красноармеец Кузин — сопроводите товарища сержанта госбезопасности к начальнику караула, пускай там разбираются. — Приказывает сержант своим бойцам.
— Есть, сопроводить товарища из госбезопасности к начкару. — Отвечает Соболев.
— Сашко, укрой повозку в лесу и дождись меня. — Отдаю я распоряжение пареньку, ссадив немца с возка.
Дальше идём небольшой колонной по лесной тропке, впереди ефрейтор, следом за ним я конвоирую пленного, с тыла нас «прикрывает» Кузин. Возле землянки караульного помещения ситуация почти повторилась, только начкар ещё внимательнее изучал мои документы. После чего предложил сам доставить пленного в штаб.
— Вообще-то у меня приказ, товарищ лейтенант. А если пленный от вас убежит? Или вы его пристрелите при попытке к бегству? Кто будет за это отвечать? — Озадачил я начальника караула. — Так что доложите по инстанции и дайте сопровождающего до штаба армии.
— Хорошо, подождите немного, я сейчас свяжусь с дежурным по штабу. — Спустился в землянку лейтенант Хомич.
— Закуривайте, бойцы. — Открываю я свой портсигар и угощаю сопровождающих «Беломором».
— А вы сами курить не будете, товарищ сержант госбезопасности? — вытащив папироску, заминает гильзу ефрейтор.
— Я пока воздержусь, чтобы унтер чего странного не удумал. — Кивнул я на немца, сидящего на кортах с руками за головой.
— Тогда и мы тоже не будем. — Строго взглянув на напарника, спрятал Соболев папиросу за бортик пилотки.
— Это правильно. А то начкар запалит, накажет. — Подмигнул я бойцу.
— Лейтенант может. — Вздохнул Кузин, ныкая свою беломорину.
— Видать нелегко вам «язык» достался, раз вы им так дорожите, товарищ сержант госбезопасности? — спросил Соболев.
— Троих потеряли. — Не стал я вдаваться в подробности.
— Знакомо. — Вздохнул ефрейтор, задумавшись о чём-то своём, но краем глаза контролируя немца.
— А ты что из разведки, товарищ ефрейтор. — Поинтересовался я.
— Полгода в разведроте дивизии воевал, пока не ранило. После госпиталя сюда вот определили, до полного выздоровления. — Инстинктивно погладил он плечо правой руки.
— Кузин, возвращайся на пост. Соболев, со мной в штаб. Пойдёмте, товарищ сержант госбезопасности. — Прервал нашу беседу лейтенант Хомич и пошёл впереди, по одной из тропинок в восточном направлении.
Подняв немца, конвоирую его следом, Соболев замыкает. По лесу разносится стук топоров, а также слышно как пилят и валят деревья. Раздаются команды и предупреждающие окрики. Видимо сапёры оборудуют блиндажи и другие укрытия для размещения полевого управления армии. Ох и влетит им от лесничихи, когда она узнает про незаконную вырубку. Мало никому не покажется.
У большой палатки, поставленной недалеко от опушки, нас уже поджидали. Холёный лейтенант в новом обмундировании и часовой у входа.
— Что, пленного привели? — уставился на унтера лейтенант, только скользнув по всем остальным взглядом. — Хорошо, давайте его сюда и можете быть свободны.
— Я не понял, товарищ лейтенант⁈ У меня приказ — доставить «языка» и лично передать начальнику штаба. Вы, что, служите начальником штаба армии⁈ — Командным голосом заявляю я о своём присутствии, шагнув к лейтенанту.
— Я не, я не… Я адъютант начальника штаба армии. — Как-то зазаикался летёха, то ли от возмущения, то ли от смущения.
— Предъявите свои документы! — засветил я ему свои корки с аббревиатурой НКВД.
— Это кто тут шумит? — Вышел из штабной палатки молодой генерал, поправляя фуражку.
— Товарищ генерал-майор, контрольный пленный из 323-й немецкой пехотной дивизии доставлен. Имею при себе документы о расположении войск противника. Сержант госбезопасности — Доможиров, зафронтовая разведка. — Коротко доложил я, узнав Черняховского. Хотя видел Ивана Даниловича только на фотографиях в своём времени. Но он особо не изменился, в сорок пятом погибнет.
— Что-то не больно жирный этот «гусь». — Взглянул генерал на погоны унтер-офицера.
— Так это же не домашний, а дикий гусь, потому и не жирный, зато клюв у него знатный, и гогочет он складно. — Похвалил я немца.
— Сам «языка» брал? — Заинтересованно посмотрел на меня генерал.
— Да. Моя разведгруппа сработала. — Не стал я скромничать.
— Где взяли? — Спросил Иван Данилович.
