Кира подозрительно сощурилась, но достала планшет и сделала несколько заметок. По экрану она постукивала с таким энтузиазмом, словно забивала гвозди в крышку гроба наших надежд.
— Ладно, — сказала она наконец. — Всем присутствующим — двадцать пять штрафных баллов за нарушение правил пользования тренировочной площадкой. А бойцам с боевого — ещё и выговор за драку на территории академии. Плюс сто двадцать баллов… за иные нарушения.
Она сделала ещё несколько заметок, а потом вызвала медиков для травмированных бойцов.
— Господин Рогов, идите с ними, — сказала она, кивнув на прибывшую медицинскую бригаду. — Вам нужно показаться врачу. Удар током — не шутки.
Макс с облегчением кивнул и, не глядя на меня, поплёлся к медикам. На его обычно самодовольном лице застыло странное выражение — смесь страха, унижения и… неуверенности. Как будто его мир только что дал трещину.
Когда медики забрали всех пострадавших и мы с Кирой остались одни, она повернулась ко мне. Почему-то сейчас её зелёные глаза казались особенно пронзительными. Я заметил лёгкий румянец на её щеках.
— А теперь, — сказала она тихо, скрестив руки на груди, — может, объяснишь мне, что на самом деле произошло?
— Я уже всё рассказал. Макс подтвердил, — я пожал плечами, стараясь выглядеть максимально честным. По шкале достоверности где-то между «Я не ел твои печеньки» и «Собака съела мою домашнюю работу».
Кира прищурилась и сделала шаг ближе. Её взгляд скользнул по разбитому электрощитку, лужам воды и трещинам в бетоне.
— Знаешь, я тут навела справки, — она снова глянула в свой планшет и начала листать записи. — Оказывается, все шестеро «подравшихся» бойцов числятся в личной охране Рогова. Странное совпадение, не находишь?
«Ой-ой-ой,» — захихикала Алиса, кружа вокруг Киры. — «А девочка-то с мозгами! Очарование мило сменяется скрытыми угрозами!»
— Может, они просто любят подрабатывать в свободное время? — я невинно улыбнулся. — Знаешь, как студенты — сегодня охранники, завтра курьеры, послезавтра официанты…
— Ага, ага, — Кира явно не поверила. — Макс Рогов на всех простолюдинов смотрит как на дворовых собак. А тут он вдруг стал образцом вежливости… Тоже просто совпадение?
— Может, он наконец понял, что хорошие манеры идут ему больше, чем высокомерие? — предположил я. — Электротерапия иногда отлично помогает переосмыслить жизненные приоритеты.
«Технически это правда,» — подметила Алиса. — «Разряд электричества действительно может изменить нейронные связи. Правда, обычно не в лучшую сторону, но…»
Кира фыркнула и покачала головой. Её хвост качнулся, придав ей сходство с раздраженной кошкой.
— Слушай, Ветров, — она подошла ещё ближе. — Я не дура. Все эти странности вокруг тебя… Сначала тот случай с Витьком и его дружками, потом твой внезапный «приступ гениальности» на лекции Соколова, от которого профессор чуть в обморок не упал…
— Ха-ха, да я просто со стимуляторами для памяти перебрал, — беспечно засмеялся я. — Мозг начал генерить всякую чушь.
«Не очень искренний смех,» — вздохнула Алиса.
— … Слухи о том, что ты потерял сознание в общаге, а потом чудесным образом выздоровел. И теперь шестеро парней с боевого валяются без сознания. А наследник рода Роговых, известный своей заносчивостью, вдруг стал послушным как ягнёнок. Что с тобой происходит, Семён?
Она произнесла моё имя мягко, почти ласково, и в её голосе прозвучала искренняя забота.
Но не на того напала.
— Кира, — я скрестил руки на груди, стараясь сохранить дистанцию не только физическую, но и эмоциональную, — поверь, чем меньше ты об этом знаешь, тем лучше.
— О, как благородно! — она саркастически хлопнула в ладоши. — «Я защищаю тебя от страшной правды!» Серьёзно, Ветров? Ты думаешь, я маленькая девочка, которая испугается неприятных новостей?
— Да нет, просто… — я ухмыльнулся. — некоторые вещи лучше не знать. Это как узнать состав колбасы — после этого уже не сможешь её есть с удовольствием.
— Значит, ты сравниваешь свои секреты с колбасой сомнительного качества? — Кира приподняла бровь. — Очень обнадёживающе.
— Ну… я и сам своего рода колбаса, — я подмигнул ей. — Со мной такая же ситуация. Главное — не задавать лишних вопросов и наслаждаться результатом.
«Философия на уровне студенческой столовой,» — хмыкнула Алиса.
Кира молчала несколько секунд, внимательно изучая моё лицо. Потом тихо спросила:
— Ты в опасности?
Простота и прямота вопроса застали меня врасплох. В её глазах я увидел не любопытство журналиста, а настоящее беспокойство.
Она смотрела на меня с такой искренней тревогой, что я на мгновение задумался — может, стоит ей всё рассказать?
«И что ты ей скажешь?» — хмыкнула Алиса. — «Привет, я Семён, и у меня в позвоночнике искусственный интеллект из эпохи Первой Экспансии и глаза инопланетного паразита. Как насчёт свиданки в субботу? Обещаю не светиться в темноте без особой надобности!»
«Ладно, я понял».
Я внимательно посмотрел на Киру, и внезапная догадка мелькнула в моей голове. Слишком много совпадений. Слишком хорошо она осведомлена о моих перемещениях.
