Капитан Шубин не слышал благодарностей, он с ножом в руках крутился рядом с деревом, где висело тело подпольщицы. Один удар, и ему в нос ударил зловонный, едкий запах разлагающегося трупа. Глеб содрогнулся и все же нашел в себе силы снять с шеи девушки веревку. Хватит Ольге страдать, сколько раз смерть хотела сломать ее, забрать себе. Даже над мертвой фашисты поглумились, не предали ее земле, как положено, а подвесили в качестве устрашения на дереве.
В темноте никто не видел, как у мужественного офицера выступили слезы. Он провел рукой по волосам девушки, поправил тоненькую ручку и прошептал:
— Я позабочусь о тебе.
А потом повернулся к подросткам:
— Ребята, прошу, у меня будет к вам просьба. Вы помните ту девушку, что помогала вам, поддерживала и погибла за свою доброту? Отдала жизнь, чтобы спасти сбежавшего от немцев человека?
Те зашумели оживленно, пытаясь пересказать, что видели тогда.
Но Шубин прервал их:
— Это был я. Ольга погибла, спасая меня, а также всех, кто был на строительной площадке. Она отдала свою жизнь ради других. Поэтому я прошу, похороните ее достойно. Нам надо уже выдвигаться, а у вас будет время. Выкопайте для нее могилу там внизу у ручья, пускай у нее будет спокойное место, где она сможет отдохнуть от войны и лишений. Прошу вас, похороните ее с почестями и обязательно оставьте надпись, чтобы могила не была безымянной. Ольга Белецкая, героиня, подпольщица, разведчица.
Из темноты хриплый голосок заверил его:
— Мы все сделаем, товарищ боец. Не забудем ее!
— Спасибо. — Голос Шубина был едва слышен.
Он зашагал к отряду, на ходу мысленно прощаясь со своей боевой подругой: «Покойся с миром! Я всегда буду помнить о тебе, ты будешь жить у меня в сердце».
Диверсионная группа не заметила короткого отсутствия одного из своих членов, по приказу командира часть из группы переодевалась в форму румынских фашистов. Павел решил использовать ее, чтобы усилить маскировку. Впереди начинались блокпосты, и немецкая форма, если надеть ее хотя бы на тех, кто сидит впереди, поможет усыпить бдительность дежурных.
После быстрого переодевания диверсионная группа на мотоциклах двигалась все дальше в сторону своей цели. По узкой, ухабистой дороге они преодолели чуть больше десяти километров, когда проселок уткнулся в широкую магистраль. Здесь Глеб Шубин указал на пролесок:
— Сначала туда, надо высчитать интервал движения составов. Дальше оттуда вы двигаетесь на штурм, а мы будем ждать сигнала там. До долянской станции меньше полукилометра. Как только снимете охрану, сразу приступим к минированию.
Шурах дернул плечом:
— Сигнала не будет. Начнете через полчаса после того, как мы выдвинемся. Я даю слово офицера, что участок будет освобожден для диверсии.
Шубин не собирался с ним спорить:
— Хорошо, сейчас наша задача — незаметно переправиться на мотоциклах через магистраль к месту укрытия. Дальше будем действовать по плану. Разрешите выставить дозорных из моего подразделения?
Шурах в знак согласия кивнул, и Шубин скомандовал:
— Смолов и Забородько, за мной.
Трое разведчиков осторожно вышли на шоссе, осмотрели окрестности в радиусе полукилометра. Но в темноте было тихо, по объездной дороге к станции никто не ехал, зато железная дорога работала в полную силу. Уже через полоску деревьев и узкое поле было слышно, как выстукивают колеса торопливый ритм о рельсы, надсадно дышит паровоз, волоча тяжелую вереницу вагонов.
Жестами Глеб расставил своих подчиненных на точки наблюдения, сам же взобрался на дерево, чтобы увеличить обзор и убедиться — опасности рядом нет. Хотя он полагался в ночном сумраке больше на слух, чем на зрение.
Офицер дождался, когда снова загремит очередной состав, и, когда стук был максимально сильным, подал сигнал — вперед!
Члены диверсионной группы окружили тяжелые мотоциклы и принялись толкать их вперед, не заводя. Мотоциклы прокатили почти бесшумно через дорожное полотно и потом неуклюже поехали, подпрыгивая на кочках и ямках небольшого поля. Советские бойцы толкали их вперед со всей силы, налегая руками и грудью, — быстрее, надо успеть протащить технику за деревья как можно быстрее!
Наконец они добрались до полосы из деревьев, закатили мотоциклы в просветы между стволами в глубину полосы. Теперь можно было с облегчением выдохнуть — опасный отрезок пройден!
Капитан Шурах скомандовал своим ребятам:
— Отбой! Пятнадцать минут отдыха, потом готовимся к атаке.
Они и сами знали без приказов командира свою службу: из люлек начали доставать оружие и боеприпасы.
Глебу Шубину, который успел спуститься с дерева, Павел предложил:
— Выдвигаемся сейчас вместе на разведку местности. Бери с собой Забородько, он самый опытный по части минирования. Надо построить схему атаки и вашей части работы.
