Капитан Шубин с готовностью кивнул, рядом уже стоял сержант Евгений Забородько, чтобы выдвинуться на обследование квадрата. Все понимали — это важная часть подготовки к выполнению операции. Сейчас они должны выбрать самые безопасные и в то же время результативные позиции, чтобы ударить по врагу дважды, сначала неожиданным штурмом, а потом диверсией на железной дороге.
Выдвинулись под прикрытием густых кустов, что тянулись вдоль полотна. То и дело останавливались, осторожно просматривали местность через просветы в ветках и тихо совещались.
— Вот здесь. — Евгений указал на взгорок. — С другой стороны на спуске можем заминировать железку. Состав под своим весом и от взрывной волны разлетится на куски.
Шубин и Шурах переглянулись — да, место хорошее, но для взрыва. А вот попытка атаковать немцев сразу будет замечена, да, впрочем, как и минеры с их оборудованием. Сразу после спуска рельсы тянулись по ровной площадке еще несколько сотен метров и разбегались на несколько путей на разъезде. В двух отстойниках уже стояли пустые вагоны и затихший паровоз, а вот еще два состава замерли под парами на путях, ожидая отправки. С маленькой платформы поспешно грузили какие-то ящики в закрытые теплушки. Хотя работала лишь цепочка из десятка шутце, под команды офицера споро перекидывая груз в темноту вагона, однако разведчики понимали, что противников может быть на станции во много раз больше. В будке сидит смена охранников, это еще как минимум пять человек, причем вооруженных автоматами. А сколько их в вагонах двух составов, неизвестно… Да, конечно, неожиданность атаки сыграет на руку, но численность врага значительно выше, и группа диверсантов может не справиться с таким перевесом. Их ждут неизбежные потери, операция будет провалена.
Вдруг Павел Шурах указал рукой на застывшие пустые теплушки:
— Сверху будем атаковать. Дождемся сейчас отправки составов и сразу назад. Успеем в перерыв между прибытием поездов. И вы тоже должны успеть. Потом рассвет, уже не будет шансов на атаку под прикрытием темноты.
Глеб кивнул — да, действовать надо оперативно, собранно и очень целенаправленно. Уже сейчас! Он, так же как и капитан, высматривал удобные точки на крышах теплушек, откуда можно вести огонь и держать под контролем периметр. Продумывал каждый тактический шаг — наступление, закрепление на выбранных огневых позициях, разворачивание огня на подавление сил противника, удерживание занятой территории и потом безопасное отступление. Опытный разведчик пытался прикинуть, сколько смогут здесь продержаться люди Павла Шураха.
— Товарищ командир, что, если действовать с двух сторон? Спровоцировать охрану огнем со стороны теплушек, а потом перекрыть возможность укрыться в здании станции. На крыше поставить двух стрелков, они не будут пускать фашистов назад.
Капитан Шурах кивком дал понять, что согласен, — хорошая тактика, чтобы ослабить врага. Отдельные разрозненные группки мгновенно потеряют свои силы и не смогут оказать сопротивление штурмовикам, а значит, и минеры смогут работать спокойно.
В глубине лесополосы раздался перестук нового состава, и немцы засуетились, торопясь загрузить ящики в вагоны. Второй поезд с пыхтением взобрался на пригорок и загрохотал вниз.
Павел скомандовал:
— Возвращаемся назад!
Под шум приближающегося локомотива разведчики, не привлекая внимания, снова растворились между деревьев. По дороге Павел подобрался поближе к своему напарнику:
— Товарищ капитан, у вас будет час, надо уложиться. Но что делать с остальными составами? Они же идут почти без перерыва, надо замедлить прибытие немецких сил.
Шубин задумался:
— Я отправлю пару ребят, это будет просто. Парочка сваленных деревьев заставит состав остановиться и заняться расчисткой дороги, а у нас будет дополнительное время. Но придется действовать быстро и четко, выверять все до минуты.
Их слова заглушил грохот железа, в нескольких метрах стремительно понесся очередной эшелон, в этот раз в нем было всего пять вагонов. Но каких! Тепловоз тащил, задыхаясь от тяжести, платформы, которые в голове и хвосте замыкали вагоны с охранниками на крыше. Словно сторожевые псы, они в напряжении водили автоматами, выискивая врага, охраняя платформы, накрытые брезентом. По очертаниям можно было догадаться, что в Долянск прибыла тяжелая артиллерия — мощные пушки RAK вытянули свои длинные носы, а рядом с ними высились горы ящиков со снарядами.
Возвращения командиров ожидали уже с нетерпением.
Младший сержант Шайдаров отрапортовал:
— Товарищ командир, все готово для закладки снарядов, можем выдвигаться к месту установки оборудования.
— Забородько! — позвал Глеб самого опытного бойца и объяснил тому особенности начала операции: — Необходимо создать заграждение на железнодорожном полотне, чтобы замедлить движение. Я забираю ефрейтора Смолова для этого, выдвигаемся сейчас с ним в обратную сторону. Справитесь за минус две единицы?
— Так точно.
Сержант был готов выполнить любой приказ. По его решительному взгляду капитан Шубин понял, что тот готов сделать все, что потребуется, для выполнения задачи.
