Первыми руку подняли, как ни странно, девушки — Катя и Ева, затем еще один мужчина, с одним глазом и шрамом через все лицо. Он неуверенно протянул:
— Только ж то до войны было, два глаза у меня тогда еще при деле были.
Глеб поддержал его:
— Ничего, справимся. Четыре водителя уже хорошо, тогда сможем таранить немцев сразу четырьмя грузовиками.
Катя вдруг вспомнила про Фрица и задала ему вопрос на немецком. Парнишка радостно закивал:
— Ja, ich bin der Fahrer eines gepanzerten Truppentransporter!
— Точно, точно! — радостно воскликнула связистка. — Он же служил водителем в немецкой армии! Еще один есть!
Алоиз оглядел маленький отряд, в котором не было и десятка бойцов. Этого так мало, чтобы предотвратить взрыв дамбы и остановить фашистов… Неужели они справятся с задачей?
Однако, как командир, он понимал, что должен вселять в своих товарищей уверенность и боевой дух, а не сеять сомнения.
И Алоиз обратился к членам своего отряда:
— Ребята, мы сейчас сделаем все, как договорились. Захватим несколько машин и на них выдвинемся к дамбе. Не знаю, что там нас ждет. Поймите, сейчас от нас зависит спасение Одессы. Не знаю, как мы это сделаем, но надо собраться, найти силы и остановить фашистов. Сколько бы их там ни было на Хаджибее, хоть сто, хоть тысяча, хоть миллион. За нами Одесса, за нами Родина. Нельзя допустить взрыва. Я знаю, вам страшно, и мне тоже. — Голос у него дрогнул. — Мы не первый год воюем… Я знаю, мы оттуда не вернемся. Но все равно я выбираю победу, нашу общую победу, и отдам ради нее мою жизнь…
После короткого обсуждения подпольщики готовы были выдвигаться вперед по намеченному маршруту.
Без лишних слов и прощаний отряд, оставив связным Егора Громова, выдвинулся к месту назначения. Отряд вела Катерина, которая отлично знала местность и ориентировалась почти в полной темноте. Шла споро, то и дело предупреждая:
— Овраг тут, осторожнее.
— Сейчас под горочку идем.
Они вытянулись в цепочку, стараясь идти друг за другом след в след. Шубин шел практически сразу за Екатериной и почти не наступал ей на ноги, приноровившись к ее легкому ходу. Дальше спешили остальные члены отряда, вооруженные скромным оружием, что удалось найти за годы подпольной работы — охотничьи берданки, старенькие «мосинки».
На ходу, в такт проворным шагам Кати, разведчик раздумывал, как же им еще добыть оружие. Если дойдет до схватки с немецкими минерами, а до этого дело дойдет — тут и гадать не надо, — им надо будет иметь запас патронов и оружия, чтобы вести огонь на подавление сопротивления противника. В случае столкновения с противником, численность которого многократно превосходит их, нужно, чтобы удар был неожиданным. А еще хорошее укрытие, откуда будет начинаться атака. И, конечно, много оружия, чтобы не идти на врага, который наверняка оснащен автоматами, а то и пулеметами, с голыми руками. Не тот это случай, когда можно действовать хитростью, точечными ударами и малым огнем. Нет, их набег должен быть стремительным, напористым, чтобы мгновенно и наверняка сломить противника, разогнать минеров во все стороны и остановить закладку зарядов.
Он взял бы своих — теперь уже своих — ребят, которые должны были благополучно добраться до балки. Только на это нужно время. Сделать крюк километров в двадцать. Да и боеприпасов у них осталось немного, и парни вымотались за время проведения диверсии. Так что эту мысль капитан Шубин отмел.
Дорога через низинку заняла совсем немного времени благодаря Екатерине. Когда они вдруг уже через час оказались у просветов деревьев рядом с дорогой, капитан понял, что очень долго бродил безрезультатно по затопленной местности, прежде чем вышел к землянке подпольщиков.
Отсюда их повел уже Зельман, иногда советуясь с Катей, и еще через пару часов, в глухое ночное время, отряд вышел к повороту проселочной дороги. Здесь белесая полоса грунтовки вливалась в широкое ответвление, которое потом уходило в сторону, пока через километр не доходила до крупной развязки, где сходились и снова разбегались в трех направлениях все окрестные дороги.
— Вот оно, кольцо, в ту сторону, — указала Катерина.
И без ее объяснений было слышно, что совсем рядом идет плотный поток транспорта. Несмотря на поздний час, гудели моторы, громыхали на ухабах тяжелые грузовики.
Шубин попросил связистку:
— Нарисуй мне карту, как выглядит перекресток. Вот давай здесь на земле, прутком.
Женщина кивнула и принялась чертить палочкой в рыхлом грунте придорожного холма кольцо, от которого расходились три луча.
Глеб попутно задавал ей вопросы, пытаясь представить, как выглядит местность, чтобы решить, с какой стороны им лучше подобраться к кольцу. Зельман тоже внимательно слушал, он, как и разведчик, решил, что лучше будет пока обойти кольцо, понаблюдать хотя бы полчаса за развязкой. Атаковать прямо рядом с немецким постом было опасно, слишком высок риск нарваться на сопротивление дежурных охранников. Еще и проезжающие мимо фашисты могут присоединиться к стычке, так что следовало найти менее открытый участок для захвата машин.
