Мне становилось неуютно от этих разговорчиков, я чувствовал себя подслушивающим. Каждый раз, когда Гузель отключала телефон, после разговора с мужем, она глубоко вздыхала. Я хорошо это слышал в такой-то тишине. Она явно желала бы себе мужчину помужественнее, во всяком случае, со стороны это выглядело именно так. Подобные телефонные звонки происходили не только в тот день, но практически всегда. Мне почему-то казалось, что Гузель вышла замуж по залёту, или же она поспешила с положительным ответом. Женщины ведь хорошо чувствуют мужественность в мужчинах, и не любят, когда этой мужественности недостаточно для них. А в Гузель я слышал отчётливое недовольство своим мужчиной.
— Алло, — позвонила Гузель уже своей маме. — Нет, в садик он не пошёл, сегодня ночью плохо спал. Артур остался с ним дома. Не знаю, я устала говорить ему одно и то же. Он как будто не понимает. Нет, Артур, надеюсь, сам справится. Ладно, если что я позвоню тебе. Пока.
Постучали в дверь. Вошёл мужчина среднего возраста и роста, сказал, что видел в интернете объявление о сдаче в аренду ресторанного комплекса. Несомненно, это объявление, что привело клиента, было моим. Я обрадовался проделанной работой, потому что впервые стал по-настоящему полезен.
Гузель достала из коробочки с ключами самую большую связку и дала её мне. Она объяснила, как пройти в этот комплекс, и я поспешил из кабинета.
Ехать никуда не пришлось; мы вышли из здания с торца и проделали двадцать шагов. То место стало одно из моих самых любимых. Во-первых, оно было не маленьким, и я мог часами его показывать. Во-вторых, оно относительно всего остального выглядело очень даже неплохо, и мне было не стыдно перед клиентами. Но у него был один недостаток, который заключался в том, что арендовать отдельные помещения было практически бессмысленно. Этот комплекс нужно было снимать полностью, но на это ни у кого не было денег.
Мы зашли на территорию. Клиент уже по пути сюда начал задавать вопросы, на которые у меня не было ответов. Я знал об этом объекте только то, что писал в объявлениях с листочка Гузель. Оказавшись несколько растерянным, я ринулся к самому большому помещению и стал судорожно подбирать ключ в связке, потому что ни один не был подписан.
Надо упомянуть, что каждое помещение в данном комплексе являлось отдельным строением. Самое большое из них внутри представляло собой зал на 8 столов, барную стойку и маленькую невысокую сцену. Мы зашли туда, и клиент начал мычанием оценивать всё вдоль и поперёк: «Хм», «Гм», «Угум», «Па-па-па».
Я говорил ему, что видел, делая знающий вид. Заметил, что с потолка свисает проектор — указал на него, увидел сцену — сказал, светомузыка — есть.
— А музыкальная система здесь имеется? — спросил меня клиент.
— Музыкальная система? — мой мозг начал троить. — Если честно, я не знаю, — сказал я, и клиент легко это отпустил.
Потом мы зашли в строение напротив, там была кухня. Дальше было детское кафе с игровой зоной, аппаратом по изготовления сладкой ваты, поп-корна и шоколадных сладостей. Ещё дальше находился небольшой бар-кальянная с тремя вип-комнатками. Так же там были кабинки с большими круглыми столами для большой компании. И небольшое кафе со столиками, в середине которых находилась жаровня, чтобы посетители могли сами себе готовить еду.
Когда мы посмотрели все помещения, клиент поблагодарил меня и ушёл, а я вернулся в свой кабинет, где Гузель сидела за своим компьютером в привычной для себя позе. Она могла весь день так просидеть, отвлекаясь только на чаепитие с говорливой бабой из отдела кадров. Ей не нравилось выезжать с клиентами на объект, поэтому она и передала эту обязанность мне. Ей нравилось сидеть весь день за компьютером, повелевать канцелярией, чувствуя себя офисным сотрудником, важной птицей, деловой леди. Но, правда в том, что в столь небольшой компании ощущать себя большим человеком — просто смешно. Я работал на Игнатьева к тому моменту меньше одного месяца, а мне уже наскучил этот вид: вид Гузель, сидящей за компьютером.
В тот день она созванивалась со своим мужем через каждые полчаса, спрашивая о состоянии сына. Судя по их разговору, муж нашёл-таки нужные таблетки, и даже смог угостить ими больного. Гузель успокоилась на некоторое время, но ближе к вечеру они созвонились снова.
— На выходных сходим куда-нибудь, порадуем малыша, купим ему что-нибудь. Что? Почему? У меня тоже зарплата ещё не скоро. Артур, мы постоянно занимаем у моей мамы, займи у своей хотя бы раз. Почему я должна звонить? Это твоя мама, Артур, сам проси у неё, — Гузель положила телефон и стала шипеть, как ёжик.
Мне было немного жаль Гузель. Она вышла замуж за тряпку. Даже я это понял, невольно слушая их разговоры.
13
