Почти каждое утро на планёрке я радовал Игнатьева о сдаче нового помещения. Но, в основном, мы сдавали какое-нибудь небольшое офисное помещение в нашем же здании. По-настоящему крупную сделку мне никак не удавалось совершить. Клиенты приходили, я выезжал с ними на объект, но каждый раз им что-то не нравилось. Со временем я понял, что Игнатьев действительно был самым крупным владельцем недвижимости в городе, но состояние этой недвижимости было одно из самых худших.
Юра как-то зашёл к нам с Гузель в кабинет по некому делу, и они разговорились на эту тему. По его словам одно наше здание сможет кормить всю компанию, если вложить в него деньги, сделать ремонт и сдать все кабинеты. К тому времени здание наполовину пустовало.
— Ты знаешь, сколько объектов мы одновременно ремонтируем? И на все не хватает денег, — говорил Юра Гузель с глазами навыкат. — Мы сколько раз говорили отцу об этом. Он даже слушать не хочет. Думает снова открыть здесь гостиницу.
Гузель со всем соглашалась с Юрой, она согласилась даже с тем, что нужно заняться самым верхним, пятым этажом, мол, у него даже технического плана нет. И тут они начали вспоминать, как раньше был прекрасен этот пятый этаж, когда работала гостиница, как там было красиво и уютно.
Когда Юра ушёл, я спросил Гузель:
— А что там на пятом этаже?
А в ответ услышал:
— Ты сейчас сильно занят? Вот пойди и сделай технический план всего этажа, заодно и посмотришь.
Хвала Небесам! Да это же работа на весь день! Я весь день не буду сидеть в помещении с Гузель!
К тому моменту я прекрасно понимал, как должен был выглядеть технический план помещения. В нашем кабинете в ряд стояли добротных десять массивных папок со всеми техпланами всех наших помещений. Я заглядывал туда всякий раз, когда составлял очередной договор аренды, чтобы прописывать квадратуру.
Я взял у завхоза пятиметровую рулетку и отправился наверх. Уже на лестнице, между четвёртым и пятым этажом, я заметил пыль под ногами, видимо, её даже и не пробовали содержать в чистоте с тех пор, как забросили этаж. Не знаю, как давно это было.
Наверху действительно всё было по-другому: практически все кабинеты имели панорамное остекление, были даже мансардные окна. Если не его запустелый вид, то весь этаж мог бы походить на современный офис. На некоторых дверях сохранились вывески: «АРХИВ», «БУХГАЛТЕРИЯ» и «АДМИНИСТРАЦИЯ ГОСТИНИЦЫ». Надо полагать, после закрытия гостиницы в здании, все переехали с этого этажа пониже, чтобы не забираться на самый верх каждое утро.
С собой я взял листок и карандаш. Сначала я схематично нарисовал расположение всех кабинетов, от некоторых из них мне так и не удалось подобрать ключ, поэтому их я рисовал наугад, ориентируясь на соседние комнаты. После я принялся измерять длину каждой стены, изворачиваясь, чтобы не вляпаться в паутину. К слову, там развилась своя экосистема, в которой был лишним именно я.
Мои замеры получались мягко говоря неточны. Одному такую работу выполнять бессмысленно, не имея хотя бы лазерного дальномера. Поначалу я мерил каждую стену несколько раз, каждый раз получая разные цифры, и записывал среднее значение. Думаю, таким способом я приблизил свои данные к реальным с погрешностью до десяти сантиметров. Спустя часа два работы я забил на повторные измерения, и моя погрешность, думаю, выросла до полуметра.
С этой работой я провозился первые полдня. Вернувшись с обеда, я принялся чертить на чистом листе технический план с линейкой, соблюдая все пропорции, имея все необходимые данные. С этим я провозился ещё полдня. Закончил работу вечером, перед самым уходом. Всё это время Гузель недовольно поглядывала на мой прогресс, негодуя про себя за мою медлительность. Но в данном случае я работал медленно, потому что хотел всё сделать точно, красиво и правильно. По итогу и я, и Гузель были очень довольны результатом.
Увидев мою работу, Гузель поручила мне сделать технический план ещё двух объектов. Один из них находился на другом конце города, поэтому с ним мы пока повременили. А вот второй находился в шаговой доступности от нашего здания. Я отправился туда сразу после утренней планёрки с прежним набором инструментов. Последний раз то помещение занимал супермаркет. Он съехал, когда стороны не смогли договориться о сумме аренды. При мне это помещение так и осталось несданным, но после моего увольнения, я видел, когда проезжал мимо, что туда заехал автосалон японского производителя.
Это здание по площади было самое большое из всех, которые мы имели. Его общая площадь была известна документально, и, чтобы избежать лишних разговоров с Гузель, я решил подогнать свои данные под правильную цифру. Длина основного зала составляла более пятидесяти метров, ширина более двадцати метров. Той же пятиметровой рулеткой я шёл по всему периметру метр за метром, на глаз расставляя отметки. Не удивлюсь, если на сей раз погрешность моих замеров исчислялась метрами.
