Ответил, улыбаясь и начиная смеяться как ребёнок, обретая черты молодого парня, Семаргл. Я так понял, что их внешний вид зависит от их настроения напрямую, потому что они молодели на глазах, как только начинали улыбаться.
Дальше начало происходить нечто просто невообразимое. Семаргл, чуть присев, подпрыгнул так, что оказался на крыше здания бывшего завода эмальпосуды и начал крутиться в танце на месте, расставив руки. С каждым оборотом он увеличивался в размере, а его тело разгоралось более свирепым и ярким пламенем без дыма. Девушки богини завели песню, я даже не успел заметить, как они стали метров десять в высоту, и держась за руки со своими мужьями, стали водить хоровод вокруг здания, уже полностью охваченного пламенем Семаргла. Через несколько минут он и сам выпрыгнул из этого пламени и присоединился к хороводу и песнопениям. Их было шестеро, но «Гори гори ясно, чтобы не погасло» слышалось так, как будто поёт целый хор человек из пятидесяти. С каждым мгновением пламя становилось выше и выше, а вместе с ним росли и аспекты, они были уже исполинских метров 30 в высоту, и хоровод сопровождался громогласным топаньем их гигантских ног. Это зрелище не осталось без внимания простых людей, которые останавливались на улице, вперив взгляды в небо там, где на высоте десятиэтажных зданий виднелся огонь и гигантские фигуры, поющие и кружащиеся в хороводе.
— Теперь точно заметит.
Подумал я, и услышал уже знакомый «взрыв глубинной бомбы» и голос за спиной.
— Я смотрю, вы решили себе устроить пышные проводы, господа отставники.
— Вам действительно нужно было устраивать этот спектакль?
Спросил с сарказмом «Некто» в белом. На его лице всё так же сложно было сконцентрироваться, всё равно, что пытаться ухватить в зрительные рамки квант, ускользающий из наблюдаемой области. В этот миг место, где появился «Некто», превратилось в огромный столб пыли, и Крис немного пошатнулся от того, что землю сотряс огромной мощности удар. Не взрыв, а именно удар, в облаке пыли вырисовывались очертания громадной ступни. Кто-то из «семейного трио» решил раздавить узурпатора без лишних слов и объяснений. И если бы это было так просто, то я думаю, что до этого момента бы вообще не дошло.
— Серьёзно, старички, ну это же не первый раз, когда вы мне устраиваете засады, я же даже сам на них прихожу. Даже немного жалко, что вы не в состоянии запомнить ни одного события с моим участием.
Фигура в белом продолжала стоять на том же месте, только подняв руку над головой, с лёгкостью удерживая исполинскую ногу. Еле уловимым движением он отталкивает ногу, принадлежащую Перуну и тот, теряя равновесие, начинает заваливаться на спину. Со звуком падающего самолёта огненный меч Семаргла летит из костра, которым был завод эмальпосуды, и разбивается на осколки от одного небрежного удара обратной стороны ладони «Незнакомца», не долетев до него самого буквально пару сантиметров. За спиной «Незнакомца» так же спокойно, как и в прошлый раз, стоят человекоподобные фигуры, одетые в белые, просторные одежды.
— Я даю вам шанс избежать строгого наказания, если вы добровольно пойдёте со мной. Это моё единственное и последнее предложение.
Без доли напряжения сказал тот, кто вселял уже невероятный ужас своей неуязвимостью.
— Мы никогда не подчинимся! Кем бы ты ни был.
Громко крикнула Дива, и со всего размаха бросила в него кусок горящего здания, отломанный до этого за мгновенье. Тот просто расставил руки в разные стороны, улыбнулся и принял удар бетонных плит в огне, не защищаясь. С шумом крушащихся скал обломки разлетелись в разные стороны, не нанеся ему хоть какого-либо видимого урона.
— Чёртова тварь!
Взревела Морена, и схлопнула ладони в направлении «Незнакомца». Сказав какие-то слова на незнакомом мне языке, она резко раскрыла руки, и из них вырвался «Белый ветер». Сразу стало ясно, что это тот же ветер из снега, который заморозил всё в больнице, потому что на его пути всё покрывалось льдом, пламя гасло, а песок, пыль и камни, висящие в воздухе, так и замерли, давая понять, что она заморозила всё, вплоть до воздуха. Две секунды промедления, и оглушающий треск льдов Антарктиды, отламывающихся от айсберга, сопровождают движение «Незнакомца», как ледокол проламывающего само пространство.
Ещё шаг, и коснувшись Морены, он делает её одного с собой размера, хватает за запястье, заламывает руку и с силой отправляет головой в бетонные обломки стен. Она пролетает сквозь них, разнося их на мелкие куски, но тот ловит её за ногу в полёте и, как метательный молот, бросает в сторону белых фигур, которые уже стоят полукругом, а над их руками, сложенными лодочкой, горят огненные символы. Как только Морена пересекла линию первых белых фигур, они развели в стороны руки, и огненные знаки окружили богиню зимы. Раздался дикий вопль, больше напоминающий вой вьюги, и Морена рассыпалась на осколки льда и снег, заключённый в шарообразный барьер. «Незнакомец» схватил его одной рукой, как только тот уменьшился, потряс, посмотрел вовнутрь шара и сказал.
