Махнул одной из рук Илья, всё так же улыбаясь, призывая идти за ним вглубь мастерской. Помещение мастерской было заполнено разнообразными станками, светящимися камнями, рунами, вырезанными прям в воздухе, технологиями, которые можно увидеть только в фантастических фильмах про далёкое будущее. Мы шли, пока не дошли до огромной печи, из которой прямо-таки давило жаром. И в самой печи не было угля или дров, или нагнетателей. Там, свёрнутые в кольца, лежали метровые ящерицы. Поначалу я принял их за причудливые спирали, но стоило Илье подойти вплотную к печи, одна из ящериц перевернулась на спину, выставляя раскалённый добела живот. Илья, продолжая улыбаться, почесал животик ласковой (как я успел сообразить) саламандре, та довольно заурчала и уснула.
— Тут не услышат.
Сказал, глядя на саламандру, Илья.
— Ты тут пленник?
Спросил я, двойственно надеясь услышать утвердительный ответ. Мне больше не было понятно, за кого я на самом деле сражаюсь.
— Одна цепь на всех. Я тут, потому что нужен сейчас тут, так же, как и ты. Все мы что-то потеряли. Я потерял отца, Геф это не фамилия, это имя отца. Это его руки.
Руки, паря в воздухе, показывали друг на друга.
— Извлекаю суть, даю вторую жизнь, обращаю в предметы. (Илья)
— Не понимаю, так оружие, которое ты делаешь, состоит из душ богов? В том числе из души твоего собственного отца?
Меня действительно прошиб холодный пот. Мне казалось, что я попал в логово серийного убийцы, о котором не один год писали в газетах, а по итогу он оказался твоим лучшим другом.
— Но почему?
— Не хочу убивать, пусть живут так. Не двигайся.
Я замер, его руки облетели меня по кругу, изредка ощупывая, как бы измеряя. И улетели в разные стороны, чтоб через пару секунд вернуться с белой экипировкой и продолговатым свёртком.
— Твоё, одевай, береги, не сломай. (Илья)
На фразе «не сломай» рука опустила мне в ладони свёрток, указала на него пальцем и сжалась так, что было слышно хруст каждого сустава.
— Уходи. Скоро братьев привезут, нужно приготовить для них вместилища. Уходи.
Я практически был сломлен. Кузнец богов был одним из тех, кто пленил их же самих, и я не понимал до конца, почему так происходит. Мне было одновременно и жалко его, и стыдно за его действия. Хотя у меня и не было времени проникнуться особой симпатией к «проектам», но чтоб свой же! Это выбивало меня из колеи, я настолько растерялся внутренне, что уже не знал, кому верить. Столько лет жил без «богов» и прожил бы столько же, если бы не их война. Люди могут и без них, и всегда могли без них, исходя из сказанного самими «богами» и тем, что сказал «Ноль». Я помню, что мне говорили Пон и Кер, они не влияют на свои природные проявления, а значит тут что-то другое, и больше похоже на геноцид со стороны людей, чем тиранию со стороны «богов».
На этот раз мне удалось убедить себя в том, что «Ноль» не прав, первый раунд одного моего я против другого выигран в сторону бесполезных, но угнетённых. В этих печально жутких мыслях я покидал мастерскую, где за отверстием для двери меня уже ждал Ноль.
— О, я смотрю, Илья и тебе объяснил, что ты абсолютно бесполезен без его гаджетов. Отсюда все выходят с таким лицом, ну он даже в чём-то прав, без его умений у нас явно не шло бы всё так хорошо. (Ноль)
— Именно так.
Не стал я спорить, раз так удачно подкрался очередной рояль из-за кустов.
— Ну ничего, сейчас я тебя отведу к нашему «советнику», там ты вообще потеряешь все остатки мыслей о своей значимости.
Улыбнувшись, хлопнул меня по плечу Ноль, не обозначив, шутит он или нет. Не насторожить это не могло. Пройдя по коридорам ещё какое-то расстояние, мы пришли в тупик.
— Это какая-то шутка?
— Какие уж тут шутки, мы ждём, пока нас пригласят. (Ноль)
— Так, стоп, а ты тут разве не главный?
— Я-то?! Неееет, я основной, главных у нас тут нет, есть только детали механизма, и каждая деталь по-своему важна! А тут у нас тот, кто всё знает.
Ну конечно, как я мог забыть про корпоративную этику (а кружки вы выдаёте с номером один и мотивирующими фразами?).
— Ну, я имею ввиду, директор тут есть?
— Технически нет, но я старший оперативный сотрудник. Просто я старше всех и знаю больше всех, по эту сторону сте…
Не успев обозначить смысл сказанного, Ноль замер. Не застыл по своей воле, а именно моё восприятие времени изменилось, и обернувшись, я понял, что стою по другую сторону стены, причём я вижу Ноля, стена стала вроде как стеклянной, но когда я успел переместиться? Я повертел головой, и за мной был только мрак, огромное пространство, уходящее бесконечно далеко вглубь и вверх, при этом границы пола были обозначены более-менее чётко. На границе видимого пространства тьма приобрела очертания человеческой фигуры и стала приближаться ко мне, каждый шаг отдавался эхом.
— Здравствуй. Зачем ты пришёл?
Мне хотелось начать разыгрывать спектакль, но при приближении фигуры все мои чувства потеряли для меня смысл, и я сказал правду, всю от начала до конца, осознавая, что это конец.
— Ты рассказал мне то, что я и так знаю. Я спрашиваю не причины, по которым ты оказался тут, а почему ты хочешь сражаться?
