И еще больше этот день испортить не может ничего. Даже то, что тетя ругает его за прогул школы. Какая тут школа, когда ты просыпаешься и понимаешь, что влюблен в человека, который годится тебе в отцы?
И дело даже не в возрасте.
Где Питер — и где Тони.
Дело не в возрасте. Дело в самом Старке, дело в том, что они почти не пересекаются, и дело в его дурацких смс, которые все делают еще хуже. Потому что Питеру бы отдохнуть от этого всего, прийти в себя, понять, что, может, он надумал себе эту влюбленность, что это просто обострение весеннее. Питеру бы просто взять перерыв, передохнуть и собрать себя заново, потому что этого — слишком много для одного подростка.
Но это жизнь Питера. Здесь никому нет дела до того, что он подросток, когда вопрос касается его жизни вне супергеройского амплуа.
А потому уже вечером приходит смс от Тони. И Питер, едва завидев имя отправителя, жмурится несколько тягучих секунд, надеясь, что ему просто показалось.
Открыв глаза, видит: не показалось.
«С каких пор ты прогуливаешь школу?»
«Так получилось. Я не специально. Проспал».
«И чем же таким ты занимался всю ночь?»
Питеру очень хочется видеть в этом провокацию и — если уж быть откровенными до конца — ревность. Хотя бы немного. Просто потому, что Питер влюблен, и потому, что ему необходимо иметь хотя бы иллюзию нужности Старку.
«Спал».
«И что же помешало тебе выспаться?».
«Может быть, то же, что вам — встретиться со мной в прошлый раз?».
Питер не злопамятный, но Питер не забыл, потому что это казалось чистой воды предательством, к которому он оказался не готов.
«Когда ты перестанешь мне дерзить?».
«Когда вы перестанете меня избегать».
Питер чувствует, что играет с огнем, но его отчаяние набирает обороты с каждой новой напечатанной буквой. Он не знает, как еще вывести Старка на встречу. Как еще достучаться до него и сказать, что он ему, Питеру, нужен?
Питеру кажется, что с недавних пор это неоновыми буквами написано у него на лбу. И как же Старк — с высоты-то своей башни — этого еще не увидел?
Ответа не приходит. Питер усмехается.
Когда же Вселенная тоже вспомнит, что он — всего лишь подросток?
***
Через две недели отчаяние доходит до крайней точки.
Ребята из класса решают раздобыть поддельные документы и наведаться в какой-нибудь клуб, потому что «ребята, мы молоды, так почему бы нам не зажечь?».
Месяц назад Питер бы отказался. Месяц назад он бы сказал, что у него куча дел, а еще «знаете, эта стажировка от Старка, после нее совсем нет сил».
Сегодня же он говорит: «Да, пойдемте, сейчас самое время». Все смотрят на него с удивлением, но Питер только улыбается им, надеясь, что улыбка не выглядит усталой и натянутой, и выгибает бровь.
Ребята обсуждают детали, Флэш вспоминает, где можно достать поддельное ID, и вечером они встречаются у дверей не слишком популярного ночного клуба, репутация которого все же позволяет находиться там с минимальным риском для жизни.
Едва они только заходят внутрь, Питер понимает, что это было глупой идеей. Паучий укус обострил все его ощущения, и зрение — прежде всего, а здесь все в кислотно-неоновых тонах, и боже, почему это так больно? Питер жмурится, но все же берет себя в руки и почти на ощупь добирается до барной стойки.
Одноклассники птичками рассыпаются по всему клубу, и найти кого-то теперь почти нереально в этой разномастной, постоянно двигающейся толпе, которая, того и гляди, засосет тебя в свой водоворот и даже не поморщится. Питер упирается локтями в стойку, потому что у него кружится голова, а в висках что-то размеренно стучит мелким молотком, сводя с ума.
Кто-то берет его за руку, и он поворачивается в ту сторону. Этим «кем-то» оказывается Лиз, и Питер не может не улыбнуться: сейчас подходящий момент, чтобы признаться, открыться, и плевать, как она это воспримет.
Вот только признаваться уже не в чем.
— Что с тобой? — спрашивает она, перекрикивая музыку.
— Слишком громко, — отвечает Питер, так же крича.
— Выпей что-нибудь, станет лучше, — советует Лиз. Питер не видит в этом логики, но потом, вспоминая, где он, понимая, что это — тоже неплохой способ спровоцировать Старка хоть на что-нибудь, потому что паутинометы надежно спрятаны у него под манжетами рубашки, а значит — Старк знает о его местонахождении, — Питер пьет. Он заказывает себе какой-то коктейль, радуясь, что здесь поддельное удостоверение личности тоже срабатывает на ура, и выпивает, чувствуя алкогольную горечь на языке.
Через пару мгновений становится лучше. Звуки притупляются, яркость не так сильно бьет по глазам, и Лиз, все еще сидящая рядом, улыбается ему и тащит танцевать. Питер не умеет, и будь он в более стабильном состоянии, он бы даже не согласился, но сейчас — сейчас ему плевать, потому что он только ждет смс от Старка, потому что тот не может оставить это без внимания. Питер слишком хорошо его знает.
Или думает, что знает.
