Из числа подозреваемых исключаются трое застреленных в казарме солдат и секретарь ячейки, погибший в партизанском отряде. Исключается сам предприниматель Попташев по причинам, изложенным выше в нашем повествовании. Исключается и рядовой Шишко Шиев, сложивший голову на фронте Отечественной войны.
Оперативный интерес представляли только живые члены строительной бригады, запечатленной на фотографии: машинист бетономешалки Крестьо Пекаров и рядовой Захо Ушев — теперь бригадир полеводческой бригады. Не исключался и подофицер Трифон Комков — помощник дежурного офицера Светославова в ночь его исчезновения. Комков являлся важной фигурой в раскрытии преступления, потому что он последним видел живым разведчика. Из показаний некоторых свидетелей мы уже знали, что подофицера таскали длительное время различные следственные комиссии, суды и прокуратуры всех рангов сразу после таинственного исчезновения дежурного офицера. И Комков не смог сообщить ничего существенного. Еще в начале расследования он показал, что расстался с господином капитаном в 23.30 у входа в бомбоубежище и больше его не видел. И настаивал на этом до конца, хотя подвергался различным методам допроса.
Собранные наиболее интересные сведения о личности Комкова: родом из Малинарки, но по неизвестной причине ненавидел своих односельчан, дружбы с ними избегал. Более того — преследовал с изощренной изобретательностью малинарчан, служивших в 1-м пехотном полку, делал все, чтобы их службу сделать хуже смерти. Отлично стрелял из пистолета — был чемпионом полка в этом виде стрельбы. Страстно любил огнестрельное оружие. Обладал незаурядными способностями как оружейный мастер. Одно время был обладателем редчайшей коллекции старинных пистолетов, которые сам отремонтировал. При народной власти его коллекция была конфискована. Музейная ценность коллекции была ничтожной, а как арсенал стрелкового оружия — достаточно солидной.
Выло бы логично допустить, что этот особый интерес к огнестрельному оружию имел непосредственную связь с исчезнувшим пистолетом господина капитана.
Кроме того, небезынтересен был тот факт, что привлекшие наше внимание люди, являвшиеся живыми современниками исчезновения капитана Крапчева, не были на фронте, в то время как многие их односельчане сложили голову в боях с фашистами. Наши сомнения подкрепились анализом найденного в пистолетной обойме гестаповца донесения. Оно начиналось так: «Сегодня, первого апреля, после обеда Павел, Симо, Крачун, Захо отошли в сторонку. Говорили…» Первые трое были расстреляны через несколько дней, а Захо не коснулись и пальцем. Почему к нему было проявлено такое милосердие?
Полковник Стаменов долго вертел в руках фотокопию этого донесения.
— Предположим, Захо и агент Искр одно и то же лицо, вписавшее себя вместе с другими членами молодежной коммунистической ячейки в свое донесение, — рассуждал вслух Стаменов, расхаживая по кабинету со скрещенными за спиной руками. — Да, видимо, вписал себя в целях конспирации: если донесение попадет не туда куда следует, он останется вне подозрений Это старый метод гестапо. Вариант второй: Пекаров и Искр одно и то же лицо. Он добросовестно перечисляет всех, кто входил в строительную бригаду. Однако в донесении сообщал о перенесении призывов в помещение конюшни. Учитывая тот факт, что, будучи вольнонаемным, не имел возможности свободного передвижения по всей территории полка, можно предполагать, что он не мог лично видеть призывы в конюшне. Следовательно, кто-то другой докладывал ему о планах молодежной ячейки. Вариант третий: Комков и Искр в одном лице. Подофицер, открыто выражая неприязнь к своим односельчанам и притесняя их по службе, на самом деле маскировал свою привязанность и симпатии к ним и, умело пользуясь этим, привлек на свою сторону наиболее наивного из молодежной коммунистической ячейки и через него получал сведения о всех планах своих земляков. Соответственно мог без затруднений докладывать Крапчеву, который завербовал его на неизвестной пока основе. Да, не следует забывать, что подофицер последним видел живым дежурного офицера и что пистолет, числившийся за Крапчевым и являвшийся неотъемлемой деталью во время дежурства, бесследно исчез… это оружие, к которому, как мы уже выяснили, Комков имел чрезвычайную слабость. Итак, уважаемый товарищ Димитров, — заключил начальник, — теперь, как мне кажется, мы в одном шаге от раскрытия тайны. Насколько я разбираюсь в оперативной работе, нам удалось сузить круг подозреваемых до минимума. Их осталось только трое. И как подсказывает мое внутреннее чутье, агент Искр — один из них!
— Может быть, вы и правы, — неуверенно ответил я. — Но все еще не могу понять, какова причинная связь между смертью Крапчева и шпионской, предательской деятельностью агента Искра.
— И самые близкие родные могут поссориться, а самые лучшие друзья — подраться! Это жизнь, — мудро заметил Стаменов.
— В таком случае можно считать, что этот дьявольский Искр и ликвидировал капитана?
