— А почему нет? И эта версия заслуживает внимания, — неожиданно согласился со мной начальник. — Агент Искр, вероятно, имел свои основания для того, чтобы убить своего руководителя. Интересно было бы узнать их, не так ли? Но нужно набраться терпения. Это наша последняя задача — найти, изучить, установить наблюдение и, наконец, встретиться с каждым из этих троих «героев» отдельно — это наиболее тонкая и деликатная часть нашего сложного поиска. Действуйте, Димитров!
— Слушаюсь, товарищ Стаменов! — по-военному ответил я, поднявшись со стула.
События сложились так, что первым удалось встретиться с бывшим подофицером Комковым.
Перед нами предстал стройный среднего роста мужчина, с кислой физиономией. Услышав о Светославе Крапчеве, он застонал:
— Что, снова начинается? Будет ли когда-нибудь конец моим мукам?
— Что с вами? — озадаченно спросил я.
— И вы думаете, что это я убил его? — пугливо оглядываясь, тихо спросил он.
— Мне и в голову не приходило такое. Совсем наоборот, мы думаем, что вы знаете значительно больше об убийстве, чем сообщили полиции и военному следователю в то время.
— Тогда мне удалось выкрутиться. А сейчас вы хотите меня впутать?
— Никто и не помышляет впутывать вас в то, в чем вы невиновны. Вы не ребенок и должны понять, что с тех пор минуло тридцать лет и никто не может сводить с вами счеты за это убийство. Наши поиски имеют совсем иной характер, и вам необходимо только вспомнить, кто убил капитана. И почему. Подумайте хорошенько!
— Его руки обагрены кровью невинных. Им было уничтожено несколько молодых ребят — коммунистов. И вероятно, их друзья отомстили ему. По-моему, это яснее ясного. И в евангелии сказано: «Кровь за кровь!»
— Неужели ничего конкретного не знаете?
— Нет! Я христианин! — перекрестившись, уверял Комков. — Ничего не знаю, к тому же ничего не помню! Ведь это случилось не вчера? Кто что заслужил — то и получил!
Возились с ним долго, упорно, но подофицер не сдался. Твердо стоял на своем, ни в чем не запутался, все было логично. И прежде чем оставить его, я спросил:
— Почему вы так сильно ненавидели своих односельчан?
— А как бы вы поступили, если бы у вашей престарелой матери ежедневно воровали кур и ягнят и никто не хотел за нее заступиться? А делали это те хлопцы, которые через определенное время приходили в казарму и служили в моем подчинении. И я, не зная, кто из них конкретно издевался над моей матушкой, гонял их всех! Вот и вся причина!
Сраженные такой «железной логикой», мы отступились от него, однако у меня был еще один вопрос:
— С кем Крапчев вел «следствие» в подземелье бомбоубежища?
— Да разве он говорил мне об этом? — огрызнулся Комков. — И приглашал меня в свидетели? У волка оттого шея толстая, что все дела делает один! Он был волком-одиночкой. Один делал пакости. Думается, что приезжали к нему на помощь коллеги из Министерства обороны — одного поля ягоды.
Целую неделю потратили на розыск Крестьо Пекарова. Он мотался по строительным объектам Мадана.
В прошлом привлекался к суду, но за недостаточностью улик был оправдан. Однако в справке из уголовного отдела указывалось, что несколько лет назад имел неприятности за незаконное хранение огнестрельного оружия. По заключению Министерства внутренних дел и прокуратуры следствие было прекращено ввиду того, что пистолет был старый, а его хранитель являлся образцовым мастером-строителем. В протоколе участкового милиционера лейтенанта Дамянова было записано, что у гражданина Пекарова изъят пистолет системы Вальтера с заводским номером 5211… Да, да, какая ирония судьбы! Это был бесследно пропавший пистолет Головореза-Крапчева.
Интересно, как объяснит этот курьез сам Пекаров?! Предстанет героем этот пятидесятитрехлетний муж или обыкновенным подлецом?
В кабинет вошел крупный крепкий седоволосый мужчина с обветренным лицом и карими глазами.
— Вызывали, товарищ полковник? — протягивая мне повестку, бодро спросил он.
Разговорились. Ни тени страха. Наоборот, вся его фигура излучала уверенность, он чувствовал себя хозяином положения, как человек, привыкший к уважению. И действительно, его служебная характеристика была просто блестящей: ударник, рационализатор, представлен к званию Героя Социалистического Труда.
— А как возникла эта неприятность с пистолетом? — спросил я.
— Пустяки! — махнул рукой Пекаров. — Шесть лет назад ездил на уборку в деревню. Мой старый приятель Захо Ушев дал мне этот пистолет, который, по его словам, является живой историей. Говорил, что с этой штуковиной связано искупление какого-то великого греха. Взял его, интересная штучка. Принес домой, спрятал в кладовке. Однажды выпил лишку на свадьбе и решил разок стрельнуть. Участковый узнал и отобрал. Вот и вся история…
…Когда в мой кабинет вошел Захо Ушев, на столе лежал злополучный вальтер. Сев на стул, посетитель попросил разрешения закурить. Взгляд его на мгновение остановился на пистолете, но это ничуть не смутило бывшего солдата.
