Когда он зашел в квартиру Марфы, чтобы попросить взаймы стул, а потом стал чинить кровать, сразу заметил, что на стене в спальне висит, что называется, «свеженькая» картина. Все-таки годы, проведенные с отцом, не прошли даром, и отличить новодел от вещи, написанной несколько лет назад, он мог безошибочно. Для этого было достаточно просто посмотреть. Недавно наложенные на полотно краски выглядят иначе, чем у старых картин. Тогда он еще подумал ревниво, что кто-то пишет для соседки картины.
Что было изображено на полотне, он запомнил: окруженный зеленью небольшой пруд, в котором на мелководье резвятся золотые рыбки. Милый и почему-то грустный пейзаж. Рыбки очень жизнерадостные, а пруд – мрачный в своей бездонной глубине. Не пруд, а омут.
Отец видел то же самое. Пруд. Рыбки. Две картины с одинаковым сюжетом? А почему нет?
Впрочем, надо разыскать Бронштейна и спросить у него про ту картину, которую видел он. Хотя…
Нет, скорее всего, бандиты пытались узнать о чем-то более ценном. Что это может быть? Кольцо с огромным бриллиантом, например. Остатки богатств графов Виельгорских. Спросить Марфу напрямую? Она была абсолютно уверена, что все дело в побеге Юли. А может, делала вид? Действительно ничего другого нет или есть, но говорить об этом она не хочет? Боится его? Не доверяет? Вдруг бывшему зэку тоже приглянется ценная вещичка. Недаром же она ее припрятала.
Тогда попробуем для начала зайти со стороны подружки. Утром они проезжали мимо торгового центра, и Марфа обмолвилась, что тут работает ее Лариска. Посмотрим, что за фрукт эта Лариска.
Лариска оказалась не фруктом, а сдобной булочкой, причем настоящей, без дураков. Федор даже засмотрелся. Этакая кустодиевская красавица. Не в его вкусе, но хороша. Хотя он сам уже с трудом понимал насчет своего вкуса. Вот, например, Светка вполне ему соответствовала, но… И все ведь было хорошо, просто отлично! А ему почему-то хотелось на луну выть.
Продавщиц в магазине было две, но Федор сразу угадал ту, что была ему нужна. Она развешивала одежду, обернулась, и он увидел на пышной груди бейджик с именем. Не ошибся, значит.
Минут десять он дефилировал по торговому залу, наблюдая за девушкой, и ему показалось, что она нервничает. Из-за чего?
Дольше крутиться в магазине было неприлично. Обе продавщицы и так с недоумением поглядывали на детину, разглядывающего дамское белье. Уж больно он не вписывался в антураж бутика.
Федор, не торопясь, покинул магазин и уселся на скамеечке в скверике напротив, откуда через прозрачную стену была видна большая часть помещения.
Ну и что он будет делать? Ждать, когда Лариса пойдет домой, догонит в темном переулке, прижмет к стене и устроит допрос с пристрастием? Ничего более идиотского и представить нельзя. Зачем вообще он сюда приперся? Хотел понять, способна ли Лариса подослать к подруге отморозков? Ну и как? Понял?
– Федор… Юрьевич? – услышал он вдруг нежный голос и увидел перед собой девушку, смотревшую на него с приятным удивлением.
– Вы… Мы знакомы?
Федор встал.
– Я Алина. Алина Маланина. Мой отец много лет работал с Юрием Васильевичем. Елисей Вениаминович. Помните?
Федор кивнул. Да, был такой. Помогал оформлять выставочные экспозиции. Субтильный, неопределенного возраста, с бородкой.
– А меня, наверное, уже не помните?
Помнить Алину он, конечно, помнил, но какую-то другую. Та была тощая прыщавая девочка лет двенадцати, а эта… Федор с удивлением рассматривал лицо с фарфоровой кожей, светлые локоны, большие глаза. Ничего общего.
Алина заметила его растерянность и рассмеялась:
– Я выросла и… немного изменилась.
– Немного – это слабо сказано.
Федор почувствовал себя слоном в посудной лавке. Отвык общаться с прекрасными феями.
– Не знала, что вы в городе. Давно вернулись? Мы с папой недавно были у ваших родителей на даче, я спрашивала о вас, но Марина Олеговна сама ничего не знала.
– Да я недавно приехал. Не собирался, а потом взял и приехал, – выдавил Федор.
– Я так рада вас видеть!
Алина оглянулась:
– Вы кого-то ждете?
– Да, собственно, нет. Не жду.
И тут он боковым зрением увидел, как Лариса вышла из бутика, внимательно посмотрела по сторонам и метнулась за угол. Быстро так метнулась.
– Тогда, может, пройдемся? – с милой улыбкой спросила Алина.
– Пройдемся? Конечно, с удовольствием. Позвольте.
Федор взял девушку под локоток и повел в ту сторону, куда бросилась Лариса. Он боялся, что она уже успела исчезнуть из поля зрения, но внезапно почти сразу за углом увидел ее за цветочным киоском с пожилой теткой. Они склонились над каким-то пакетом. Лариса рылась в нем, а тетка что-то говорила, как будто объясняла. Федор со спутницей не успели подойти, как Лариса, кивнув собеседнице, схватила пакет, повернулась и побежала обратно. Федору показалось, она заметила его и испугалась.
– Здесь недалеко приличная кофейня. Может, зайдем? – предложила Алина.
– Зайдем, – согласился он, пытаясь понять, чему он только что стал свидетелем.
Они зашли в кофейню и сели за самый дальний столик.
– Здесь нам никто не помешает, – сказала Алина и снова улыбнулась.
