– В некотором роде, а еще – декларация. Дай мне слово, Лил, что не поддашься ему и не ответишь на вызов.
– Обещаю.
– Без споров? Без «но»?
– Да. Я не люблю охоту, и я знаю, что мне бы не понравилось, если бы на меня охотились. Мне не нужно ничего доказывать ему, и уж тем более себе, выходя один на один с маньяком-убийцей.
Лил вернулась к документам.
– Карты. Здесь есть с чем поработать.
Она убрала все лишнее с журнального столика, чтобы разложить карты.
– Ты проделал большую работу, – сказала она, заметив, что он пометил на карте места преступлений, в которых подозревался Итан Хау. – Пытался вычислить место, где у него может быть логово.
– Самые вероятные секторы уже осмотрены.
– Невозможно охватить каждый квадратный фут, особенно когда ты ищешь человека, который умеет передвигаться и заметать следы. Вот здесь мы нашли Мелинду Барретт. Почти двенадцать лет назад. Тогда не было обнаружено никаких признаков охоты или погони. Были указания на то, что он шел за нею по тропе. Возможно, преследовал. Или, что более вероятно, просто столкнулся с ней. Что подтолкнуло его к убийству?
– Если убийство не было главной целью, он мог хотеть денег или секса. На руках Мелинды осталось несколько синяков, такие бывают, если кто-то сильно схватил человека, а тот пытался вырваться. Он ударил ее спиной о дерево с силой, достаточной для того, чтобы разбить ей голову. У нее открылось сильное кровоточение.
– Кровь. Может быть, много крови. Когда хищник чувствует запах крови, это его подстегивает. – Лил кивнула, мысленно представляя, как все могло происходить. – Она дралась, могла кричать, могла каким-то образом оскорбить его или его мужское достоинство. Он убивает ее ножом – очень личное для него действо, огромная близость с жертвой; это не стрелять на дальнем расстоянии из лука. Видимо, это было его первое убийство; он был очень молод и торопился закончить дело. Он спешил и паниковал. Утащить ее, бросить животным… Возможно, он надеялся, что причиной гибели посчитают нападение диких зверей.
– Следующее его появление – здесь, в твоем заповеднике. – Куп провел пальцем по карте. – Он установил с тобой контакт, пытался играть на общем наследии.
– И встретил Кэролин.
– Она находит Итана привлекательным, интересным, подпитывает его эго. И, вероятно, она подробно рассказывала ему о тебе, о приюте. От нее можно получить сразу так много всего: информацию, секс, внимание к больному самолюбию; поэтому он сближается с ней. Но вскоре очарование проходит и девушка начинает видеть его таким, какой он есть. Он едет за ней на Аляску, чтобы разобраться с ней. Чтобы удовлетворить потребность более сильную, чем секс. А затем он прокладывает путь обратно – к тебе.
– А я в Перу. Он ждет.
– И в это время он наведывается в заповедник. По крайней мере один раз.
– Когда Мэтт был здесь один. Да. Итан отключил камеру в заповеднике. Всего за несколько дней до моего возвращения.
– Потому что он знал, что ты вернешься. Если бы кто-то другой пошел проверить камеру, он бы снова отключил ее. Пока не поймал бы тебя.
– Он предполагал, что я приду одна, – продолжала Лил. – Я люблю ходить в горы и разбивать лагерь одна. Я так и планировала. Он смог бы начать игру, если бы я это сделала, и, возможно, выиграл бы ее. Так что я в долгу перед тобой.
– Он, наверное, думал, что сможет убрать меня с дороги. Устранить меня, забрать тебя. Так что я бы сказал, что мы оба обязаны друг другу за бесчисленные ночи в засадах и возможность спать спокойно. Он проходит в лагерь тут, – продолжал Куп, вернувшись к карте. – Возвращается к камере здесь и как можно быстрее возвращается в лагерь. Затем спешит к главным воротам убежища, чтобы оставить там волка. Плюс еще одно проникновение в убежище, чтобы выпустить тигра.
– И до какой-то точки на тропе Вороньего пика, где он перехватил Тайлера, сюда, в это место у реки, где он его оставил. До фермы Гудвина, которая находится примерно здесь. Это значительная по площади территория. Бо́льшая часть ее находится в Спирфише, так что он здесь как дома. Ну, и я тоже.
Она посмотрела на свою пустую кружку, желая, чтобы она как по волшебству снова наполнилась кофе.
– Много пещер, – добавила Лил. – Ему нужно укрытие, и я ни за что не поверю, что он ставит где-то палатку. Ему нужно логово. Много рыбы и дичи. Лучшая территория для укрытия – здесь. – Лил очертила пальцем круг на карте. – Потребуются недели, чтобы обыскать столько акров, столько пещер и расщелин.
– Если ты рассматриваешь идею пойти наверх в качестве приманки, чтобы выманить его, можешь забыть об этом.
– Я уже отбросила эту идею. Думаю, я смогу его выследить, и, конечно, у меня не меньше шансов, чем у тех, кто его ищет. – Она потерла затылок, где гнездилась боль. – Но я рискую жизнями тех, кто пойдет со мной. Так что нет, я не собираюсь быть приманкой.
– Должен быть способ спрогнозировать, куда он пойдет дальше, по крайней мере – куда планирует выдвинуться, когда закончит. Должна быть какая-то схема, но я ее не вижу.
Она закрыла глаза.
