– И то и другое. – Он очертил пальцем линию ее подбородка. – Я купил вчера бекон и яйца.
– Холестерин тебя не смущает?
– Нет, когда речь идет о славной порции яичницы с беконом.
– Хорошо. Я сделаю пару тостов.
– А я вечером поджарю пару стейков на гриле. Компромисс.
– О да, даешь яйца, бекон, красное мясо! К черту артерии!
Он поймал ее за бедра и приподнял для крепкого утреннего поцелуя:
– И это говорит дочь фермера, выращивающего говядину!
Она спустилась вниз, думая, что это… так естественно: все эти мелочи. Эти разговоры о завтраке, ужине, о планах на день… Это казалось нормальным… почти. Но сейчас в ее жизни ничто не было нормальным. Нигде нельзя было укрыться настолько, чтобы чувствовать себя в безопасности.
Даже эта разбросанная одежда на полу гостиной не возвращала чувства защищенности.
Она рывком подобрала одежду с пола, а затем отнесла ее в стирку.
Зашипел кофе в турке. Лил разогрела сковороду. Пока бекон поджаривался, она открыла заднюю дверь и вышла на крыльцо, чтобы подышать утренним воздухом.
Рассвет разгорался на востоке, и холмы вырисовывались мягкими силуэтами на фоне первых лучей. Высоко в небесах последние звезды гасли как свечи.
Она почувствовала запах дождя. Да, она мыслила совсем как дочь фермера; даже сейчас. После дождя расцветет больше полевых цветов, распустится больше листьев; можно будет подумать о закупке растений для заповедника.
Несмотря ни на что, счастье есть, и оно в мелочах. Ради этого стоит жить.
Она смотрела на восход солнца и думала: как долго Итан Хау будет ждать? Как долго он будет смотреть откуда-то сверху, выслеживать ее и мечтать о ее смерти?
Она вернулась в дом и закрыла дверь. Добавить к бекону яйца – и завтрак готов.
Счастье – в мелочах.
Тэнси была без кольца. Лил почувствовала, как у нее упало настроение; она-то рассчитывала на радостную новость. Но когда Тэнси подошла к вольеру, где Лил общалась с Малышом, на ее безымянном пальце не красовалось подарка от Фарли.
Глаза Тэнси были на мокром месте, она бросилась к Лил и крепко обняла ее.
– Эм-м… – только и сказала Лил.
– Я собиралась позвонить тебе вчера вечером. Я была так расстроена. Но потом я подумала, что у тебя и так много дел и не нужно тебя беспокоить.
– Расстроилась? О, Тэнс. – Подруга горестно навалилась на Лил всем своим весом, поэтому Лил сжала ее в объятиях покрепче, чтобы не упасть. – Я знаю, что не могу повлиять на твои эмоции, и твои чувства совершенно закономерны. Но мне так жаль, что ты расстроилась.
– Конечно, я расстроилась. – Тэнси отстранилась и слегка встряхнула Лил за плечи. – Это очень мягко сказано – расстроилась! Когда моей лучшей подруге угрожают!.. Мы начнем проверять твою электронную почту с сегодняшнего дня. Все-все письма.
– Электронную почту?
– Дорогая, ты что, не в себе?
– Что? Да! Электронная почта… Конечно! Я была уверена, что ты только приехала, поэтому не думала, что ты уже в курсе…
– Тогда о чем, черт возьми, ты подумала?
– Ах… – Смутившись, Лил сумела слабо рассмеяться. – Ладно, подловила. Я из-за всего этого сама не своя. Так как ты узнала?
– Фарли и я столкнулись с шерифом вчера вечером, после того как ты позвонила ему. Вилли сказал, что ты беспокоишься о маме с папой, и попросил Фарли передать им весточку. Конечно, он сразу поехал к твоим родителям.
– Фарли?
– Да, Фарли. Лил, может, тебе прилечь ненадолго?..
«Он не сделал предложение. Не успел», – поняла Лил. Тэнси тем временем подозрительно щупала ее лоб, проверяя, нет ли жара.
– Нет, я в порядке. Просто у меня много забот и я стараюсь придерживаться распорядка дня. Думаю, это поможет.
– Что там было написано? Нет. – Тэнси покачала головой. – Я прочитаю сама. Я должна была сразу сказать тебе, что у твоих родителей все в порядке – Фарли звонил перед моим отъездом сегодня утром.
– Я уже говорила с ними, но спасибо. Это так мило – ты и Фарли.
– Это странно – я и Фарли. Мило и странно одновременно. – Тэнси смотрела, как Лил подхватила ярко-синий мяч и перебросила его через ограду в вольер. Малыш и его товарищи с радостным рыком бросились в погоню. – Они найдут его, Лил. Они скоро найдут его, и все закончится.
– Я рассчитываю на это. Тэнси, он писал о Кэролин…
– О боже. – Темные глаза Тэнси сверкнули.
– У меня в груди холодеет, когда я думаю об этом. – Как бы в подтверждение своих слов, Лил положила руку на грудь. – Но… мы будем делать то же, что и всегда. – Она смотрела, как Малыш и его друзья борются за мяч. – Привычные дела, в спокойном темпе.
– Уж дел-то нам всегда хватает.
– Знаешь, чего бы мне хотелось, Тэнси? Знаешь, что принесло бы мне огромное удовлетворение прямо сейчас?
– Горячее мороженое?
– Отличная идея, но нет. Я бы хотела очутиться там, наверху, охотиться на него. Я бы утешилась, будь я в холмах, выслеживай я его прямо сейчас.
– Ты этого не сделаешь.
– Я и не могу. – Лил пожала плечами, но продолжала смотреть на холмы. – Это подвергло бы риску других. Но именно это заставляет все внутри холодеть. Что я должна ждать, просто ждать, пока другие будут преследовать человека, ответственного за все это. – Она вздохнула. – Пойду проведаю Делайлу и Бориса.
