– Постарайся избегать штрафов за превышение скорости, особенно на обратном пути.
– Не волнуйся.
– И позвони мне, когда приедешь, или если возникнут проблемы, или…
– Может, заодно напомнишь мне не оставлять ключи в машине и как следует жевать во время еды?
Она пощекотала его:
– Не лихачь на дороге и будь на связи. Я все сказала.
– Тогда поехали. Ты готова, Тэнси?
– Да, – отозвалась подруга преувеличенно деловым тоном.
Фарли ухмыльнулся и подмигнул Лил.
Зная их обоих, Лил ставила на то, что ужимки Фарли покорят эту холодную деловитость уже в первый час пути.
Помахав рукой, она стояла и слушала, как стихает вдали шум грузовика, сворачивающего на главную дорогу.
Ей пришло в голову, что впервые с тех пор, как они с Купом отлавливали пуму, она осталась совершенно одна на территории заповедника.
И еще где-то два часа она сможет быть одна.
– Только вы и я, ребята, – пробормотала Лил.
Она слушала песню своего старого льва, который часто взывал к ночи до наступления рассвета. На просторах заповедника дикая природа бодрствовала и жила полной жизнью.
И принадлежала ей – настолько, насколько это возможно.
Лил подняла голову, и у нее захватило дух от красоты ночного неба, усыпанного звездами. Воздух словно хрустел на коже, звезды сияли как драгоценные камни, а рев Бориса слился воедино с ревом Шебы.
«Разве можно быть более счастливой?» – подумала Лил.
Другая женщина на ее месте вернулась бы в постель на часок – или, по крайней мере, зашла бы в тепло и выпила еще одну чашку кофе, а может быть, неторопливо позавтракала бы. Но Лил не хотелось ни в теплую постель, ни под крышу. Нет, она хотела наслаждаться ночью, звездами, присутствием животных и маленьким кусочком одиночества.
Все же она ненадолго зашла в дом – сделать себе чашку кофе и взять фонарь; по привычке положила в карман мобильник.
Она решила, что хочет прогуляться по заповеднику. По своей земле. Побродит по звериным тропам, пока не взошло солнце, пока все снова не вернулось к привычной рутине.
И вдруг – стоило ей выйти на улицу – раздался внезапный резкий звук «бип-бип-бип!», заставивший ее застыть на месте как вкопанная. «Клетка открыта!» – мелькнуло в голове, и сердце подпрыгнуло в груди. Кофе разлился – она уронила чашку и бегом метнулась по ступенькам к офису.
«Клетка открыта, но какая?!» – В панике она включила компьютер Люциуса, спешно взяла в медкрыле пистолет с транквилизатором и дротики. Боясь того, что может открыться (или не открыться) ее взгляду, она положила в карман запасные транквилизаторы.
Она включила сигнальные огни и аварийное освещение. Затем метнулась к компьютеру, чтобы проверить камеры.
– Может, это ложная тревога и ничего не случилось. Может… О боже!
Дверь в клетку тигра была широко распахнута. В желтых бликах аварийного освещения Лил увидела кровавый след, пересекающий тропинку и уходящий в заросли. И там – тень хищника, блеск его глаз в темноте.
«Иди туда, и быстро», – приказала себе Лил. Если медлить, тигр может сбежать. Даже в своем преклонном возрасте он способен быстро преодолевать огромные расстояния. Он мог пробраться через долину, через холмы, через лес… оказаться там, где живут фермеры или гуляют туристы.
«Иди сейчас же».
Она набрала полную грудь воздуха, как ныряльщик, собирающийся погрузиться в воду, и вышла наружу.
Одиночество, столь привлекательное лишь несколько мгновений назад, превратилось в пульсирующий страх. Казалось, сам воздух вокруг повторяет удары ее сердца, и с каждым вдохом в горло вонзались крошечные злобные иголки. Раздавшийся в клетке сигнал тревоги взбудоражил других животных, и рев, вой, крики разносились теперь по территории заповедника, эхом уносясь в небо. «Это мне на руку, – сказала она себе. – Шум скроет мои шаги».
Тигр хорошо знал Лил, но это не имело значения. Он был диким и опасным существом, и еще более опасным его делало отсутствие преград и кровавая приманка. А последнее вдобавок могло означать, что напасть мог не только он. Кто-то, вполне вероятно, следил за Лил прямо сейчас, пока она следит за тигром.
Ей пришлось заглушить страх и приказать себе игнорировать бурлящую в ушах кровь, стук собственного сердца, змейку пота, скользнувшую по спине. Ее работа – и ее ответственность – заключалась в том, чтобы обездвижить тигра. Проделать все чисто и быстро.
Лил призвала на помощь все свои знания, каждый час тренировок и опыта. Она знала местность лучше, чем преследуемый зверь. Она заставляла себя двигаться медленно, соблюдать осторожность, прислушиваться.
Она сменила направление. Обходной путь займет больше времени, но зато приведет ее с подветренной стороны. Если предположение верно и тигр занят приманкой, которая выманила его из клетки, смена маршрута и окружающие шумы будут ей на руку.
Она старательно избегала света фонарей и двигалась по тени. Мысленно прикидывала, какое между ними расстояние. У нее была только одна цель – обездвижить тигра.
Наконец Лил услышала хорошо знакомые звуки, доносящиеся из укрытия. Клыки и когти, разрывающие плоть, хруст костей и утробное урчание кошки, поглощающей мясо.
