Поспешно снимаю свой свитшот, натягиваю майку, а сверху – спортивную кофту для беременных. Она такая же большая и уютная, как и толстовка брата, которую я обычно ношу. Бросаю взгляд в зеркало и даже немного пугаюсь от увиденного.
Вот теперь я действительно похожа на беременную… Месяце на пятом, наверное…
Сдвинув штору, слышу, как Руслан говорит продавщице:
– Если хочешь, можешь оставить мне свой номер. Буду немного посвободнее – обязательно позвоню.
– Ты станешь посвободнее через четыре месяца, – говорю я приторно-сладким голосом. – Хотя тоже сомневаюсь… Потому что там как раз начнутся подгузники, пелёнки, распашонки… В общем, вряд ли ты в ближайшее время будешь свободен, любимый.
Девчонка, и правда, интересная, но всё же не настолько, чтобы Руслан вёл себя со мной как свинья!
На какую-то долю секунды я определённо забываю, что мы не парочка, и я на самом деле не беременна от него. Моё лицо переполняется гневом, и я хватаюсь за свой псевдоживот.
Руслан смотрит на меня шокированно и даже не улыбается.
– Ну как я тебе, милый? – ядовито цежу сквозь зубы. – Мне идёт?
Поглаживая живот, выпячиваю его посильнее.
– Нормально, – глухо отвечает Руслан. Смотрит на продавщицу: – Мы берём.
Она вся покраснела и явно смущена от происходящего.
Вот и чудненько!
– Хорошо… Тогда прошу на кассу, – говорит девушка, не глядя ни на меня, ни на Руслана, и практически сбегает из примерочной.
А Руслан, прежде чем пойти следом за ней, вновь смотрит на меня и ухмыляется.
– Ревность тебе к лицу, Вика.
Уходит… А я готова догнать его и буквально впиться ногтями в горло – так сильно он меня бесит! Словно я действительно беременна и не могу совладать с гормонами.
Рывком задёрнув штору, вновь смотрю на своё отражение. Увидь меня в таком виде отец – его бы удар хватил. Переодеваюсь в своё. Оставив ужасные платья в примерочной, покидаю её и иду на кассу.
Похоже, сейчас продавщицу точно хватит удар, потому что теперь она видит меня без живота.
Руслан молча расплачивается за покупки, и мы покидаем бутик и выходим из торгового центра. Едва садимся в машину, я тут же начинаю оправдываться, хотя не собиралась этого делать.
– Я тебя не ревновала, это просто злость! А ещё ты меня бесишь! Что ты там наплёл обо мне? Сам-то себя слышал?
– Нет, это была ревность, эмо. Самая настоящая ревность. Ты позабавила меня, если честно. Ещё немного – и ты так сильно вживёшься в роль, что будешь умолять меня сделать тебе ребёночка.
Он щёлкает меня по носу, и я тут же бью по его руке.
– Это ты скоро начнёшь умолять меня о поцелуе! И вообще – ползать на коленях за мной будешь!
Руслан хохочет в голос.
– Зачем мне умолять тебя о поцелуе, дурочка? Я могу сам тебя поцеловать. А ты, как послушная рабыня, позволишь мне это сделать.
Я тоже смеюсь, подражая ему.
– Ты, конечно, можешь это сделать – поцеловать меня силой. Особенно, если тебе нравится целовать стену. Ведь я не собираюсь отвечать на поцелуй, и это будет всё равно, что целовать бетон.
– Может, поспорим, что ты ответишь на мой поцелуй? – сразу воодушевляется Руслан.
Чёрт бы его побрал!!
– Давай, соглашайся на ещё один спор, эмо! Терять тебе всё равно уже нечего.
Я готова зарычать от того, каким придурком он может быть! Но произношу спокойно:
– Я не буду спорить с тобой, потому что не хочу, чтобы ты целовал меня.
Руслан подаётся ко мне всем телом. Его лицо вдруг перестаёт быть таким самодовольным и становится злым и раздражённым.
– Ты специально, да? Специально провоцируешь меня, Вик? Я ведь из тех, кто добивается того, чего ему не хотят давать. И я поцелую тебя сейчас! По-настоящему. А ты ответишь!
– И не мечтай! Не отвечу! – выплёвываю ядовито.
Но не успеваю отпрянуть и как-либо отреагировать, тут же очутившись в капкане рук мажора. Он сжимает моё лицо и резко прижимается губами к моим губам.
Я не успеваю даже воздуха глотнуть! И так как его нос закрывает мои дыхательные пути, размыкаю губы, чтобы попытаться сделать короткий вдох. Руслан тут же слегка прикусывает мою верхнюю губу. И замирает…
Мы одновременно судорожно и коротко вдыхаем.
Мои губы странным образом вибрируют. Тело сначала начинает дрожать, а потом его буквально парализует от шока. Но когда Руслан начинает нежно целовать меня… И когда запах его парфюма попадает в нос… Ощущаясь таким невероятно вкусным… Или это его губы такие вкусные… Не знаю… Но мои губы ещё больше размыкаются, явно предоставляя Руслану больше возможностей…
Меня никогда и никто так не целовал…
В те времена, когда была Юсуповой, я дружила с одним мальчиком. Но его поцелуи – ничто по сравнению с тем, что делал сейчас Руслан.
Мне бы надо начинать вырываться, что ли… Но тело всё ещё парализовано, а в голове лишь одна мысль – я не хочу, чтобы это закончилось прямо сейчас.
Я целую её… Она целует меня в ответ…
Робко, опасливо… но всё-таки целует. И это, против всех законов логики, будоражит меня.
Какого хрена я делаю?!
Отрываюсь от её губ… Хватаюсь за руль… Кажется, тачка ещё не заведена…
Чёрт!
