Андроатос повернулся во тьму, уже разгоняемую предрассветными лучами. Вновь восходило солнце, озаряя холодную землю ласковыми лучами и разгоняя свинцовые тучи.
— Не слишком ли рискованный шаг?
Андроатосу не очень хотелось отвечать, однако он все же повернул голову:
— Это было необходимо, колдун. Не тебе оспаривать моё решение. Лучше скажи, ты готов исполнить свою часть плана?
— Разумеется, — почти услужливо поклонился Аларон. — Дай только знак.
Незамутненный, держа в руках Воспевающего Резню, повернулся в сторону величественных гигантов, уже готовых к транспортировке. Рядом с ними суетились сервиторы и смертные слуги. Действительно, все было готово. Солнце всходило всё выше, освещая войско Чёрного Крестового Похода. Последний рассвет для рабов Ложного Императора, ещё защищающих Атоллу. Сегодня все их надежды обернуться прахом.
— Я готов уплатить эту цену чертовым тёмным техножрецам, лишь бы сектор Фарида наконец-то пал. Я и так дал лоялистам лишние часы жизни, лишь бы стянуть сюда все свои основные силы. Жди в лагере, Змеиный Глаз, а мы сделаем всё остальное.
Оттон торопливо одевался на ходу, до сих пор не веря в услышанное. Что за безумие нашло на Торкве?
Тут-то он вспомнил ранние донесения от того мальчишки-псайкера, и то, о чем в высших кругах обороны Сераписа предпочитали либо молчать, либо говорить шёпотом. Прямо над ними висит Варп-Буря, которая, как говорят, становится только сильнее… неужели это она сподвигла одного из генералов Астра Милитарум на самоубийственное безрассудство? Оттон мог только подозревать, однако в чём он точно был уверен, так это в том, что подобное безумие погубит не только Торкве, а всех последних защитников Сераписа.
Последним отточенным движением Джейк погрузил болт-пистолет в кобуру на груди, верная сабля с позолоченной гардой покоилась на поясе. Вероятно, ему совсем скоро придётся пустить всё это в ход, хочет он того, или нет.
— Все остальные уведомлены об этом? — требовательно спросил генерал у своего адъютанта, молодого парня, навязанного несколько лет назад «любимой» семьей. Кажется, его звали Солас.
— Не могу знать, господин. Великие Ангелы Императора знают точно, генерал Эйст Вангиннем тоже.
— А где сам генерал Торкве? Он здесь, в штабе?
— Кажется, да, господин. Последнее, что я о нём слышал — сэр Торкве закрылся в одной из комнат и никого к себе не впускает. С ним пытались выйти на связь, но…
Оттон резко замер.
— Что с вами, господин?
— А ведь этот безумец… он ведь приказал своим войскам строиться, верно?
— Насколько мне известно — да.
— Я так подозреваю, срочный совет уже собирается.
— Не знаю, — честно признался Солас. — Тут сейчас такой хаос, господин…
Оттон и сам это видел. Кругом суетились слуги, члены свит, простые служащие, чьи-то помощники. Буквально десятки людей суетились, словно муравьи, по всему тайному штабу высшего командования обороны Сераписа.
— Хорошо, оповести всех от моего имени, генерала Оттона. Я призываю всех собраться и решить вопрос с безумным приказом командующего Лиама Торкве. Так же я заранее предупреждаю, что готов кровью доказывать свою точку зрения.
Короткий его сон был полон тревог и кошмаров. Он не мог, да и не хотел запомнить хоть один из них, но все пролетающие в сознании образы терзали хуже тупого ножа. Когда над лагерем наконец завыла тревога, Руксус проснулся в холодном поту, весь дрожащий, с застывшим взглядом. Ощущение подавленности было столь сильным, словно он вовсе и не спал, — только закрыл глаза ради того, чтобы посмотреть цепочку травмирующих разум ужасов.
Едва одеяло слетело с койки на холодную землю, тревога взвыла ещё громче, в воздухе раздался проносящийся куда-то далеко свист. Наши самолёты, понял юноша, стремительно одеваясь и стараясь хоть как-то забыть то, что видел. Жуткие образы, полные ужасов Имматериума, не желали без боя отпускать его. Только полностью облачившись в одеяние псайкера-примарис Руксус заметил, что находится в их крохотном бараке один.
Внутрь забежал перепуганный Симон.
— Руксус, враг наступает! Они уже идут!
— Знаю, Симон. Это было неизбежно.
Они вместе вышли на встречу холодному утреннему ветру и слабому снегопаду. Воздух снова расчертил ровный строй самолётов Империалис Аэронавтика. Руксус мысленно пожелал им удачи.