Летя на очередных странных конструкциях, только уже похожих на примитивные ракеты, к ним стремительно приближалась целая зеленая стая из радостно гогочущих орков. Они так же стреляли прямо в движении, правда, не очень метко. Ламерт поднял оружие, принялся стрелять, но враг слишком быстро сокращал дистанцию, несмотря на потери…
Торио успел увернуться от размашистого удара, кувыркнувшись в сторону. В ксеноса уже стреляли Крис, Ламерт, и почти всё остальное их отделения, включая сержанта Клавикуса. Орк ревел не то от боли, не то от бессильное ярости, - что не помешало ему развернуться и всего за пару шагов оказаться перед Ламертом. Гвардеец пригнулся от удара ксеноса, мысленно успев порадоваться тому, что хоть эти ксеносы и сильны, но не так уж быстры. Рывком он вонзил подствольный штык в грудь противника, упёрся ногами, попытавшись вдавить лезвие как можно дальше, но зеленокожий с силой пнул его ногой в живот. От удара Ламерт отлетел к стенке, в глазах у него потемнело, дыхание замерло, а внутренности живота, кажется, превратились в сплошное вязкое мессиво.
«Нет, я не умру здесь. Всё хорошо, кругом мои друзья, мои товарищи по полку. Император защищает».
Ламерт с трудом пытался встать, однако перед глазами всё плыло. Таким образом, он не увидел того, что произошло дальше.
Не очень-то спеша умирать, зеленокожий, несмотря на жуткие раны, развернулся и выбросил пистолет, двинулся на Торио, ведущего огонь возле Клавикуса.
– Сержант, отходите, я прикр…
Офицер первым бросился в атаку. Штык ярко блеснул в свете лазерного огня.
– Прочь, мерзкое отродье!..
Зеленокожий играючи отвёл удар Клавикуса в сторону, и ответным замахом раскроил сержанту голову до самой шеи. Рыча, пнул ещё дергающееся в конвульсиях тело, после чего полученные раны таки заставили его упасть на одно колено.
Рядом приземлилось ещё два орка. Один из них упал прямо на гвардейца, как минимум раздавив ему большую часть костей. Второй поднял пистолет и открыл огонь практически в упор. Крис, глухо крикнув, упал куда-то за груду обломков; сердце Ламерта, уже пришедшего в себя, сжалось. Орк, его подстреливший, был совсем рядом, и молодой гвардеец явно не успевал его убить, и казалось, что теперь остаётся только смотреть смерти в лицо… Безобразное, зеленое, красноглазое и перекошенное бессмысленной яростью – незавидный образ. Из клыкастой пасти ксеноса вырывался густой пар, губы растянуты в предвкушении резни.
Ламерт продолжал отчаянно стрелять, когда в спину зеленокожему внезапно ударила ровная струя пламени, моментально охватившая его крупное, мускулистое тело. Чужак зарычал громче прежнего, яростно замахал руками, явно пытаясь хоть как-то потушится. Со стороны это могло даже показаться нелепым.
Ненасытный, жадный огонь, давно ищущий свободы, с громким рёвом поглощал свою жертву.
Генерал неотрывно наблюдал за голо-картой, продолжая при этом интенсивно раздавать приказы. Казалось, словно он хотел отсюда, подобно кукловоду, контролировать каждый аспект происходящего боя.
– Пехота должна отступать. Вот сюда, в квадрат D. Танковые полки на фланг, – глаза Оттона не сходили с карты ни на мгновение. Офицеры вокруг него неустанно передавали приказы дальше по командной цепочке. – «Часовые» должны продолжать маневрировать. Их главная задача на данный момент – прикрывать остальные, менее манёвренные наши части.
Полковник Раммонд, стоявший рядом с Оттоном и наравне с остальными передававший его приказы, на мгновение подумал: «мне на сей раз повезло с командованием. Генерала Джейка Оттона, вне всяких сомнений, ждет большое будущее. Он не только умеет руководить войсками, но и заботится о своих солдатах. Для меня честь служить при таком военачальнике, как он».